Нерумикон

Васка следила взглядом, как тучный купец поднимается, его руки в перстнях вытряхивают крошки из складок халата. Марр Зуо расплатился крупной монетой, кивнул Васке и вышел. Сама Васка осталась с недопитым кувшином и кружкой, почти нетронутой, в которую она теперь задумчиво вцепилась зубами.

Она размышляла.

Катакион, день месяца Жатвы, 2

– Сахасал… охо-хо, Сахасал… Этот красный кусок камня живее, чем можно подумать из Нерины! – восклицал какой-то пыжистый, судя по одежде – наёмник. – Здесь кого только не встретишь! Раньше, говорят, только люди жили, а теперь глянь – и люди, и сугниры, и… о, сильф!

– Сильфид, вообще-то, – колко улыбнувшись, Хьюго поспешил отвернуться к стойке бара.

– Сильфид, глядите-ка! – не унимался мужик. Хьюго тревожно следил за ним, прикидывая, можно ли ещё улизнуть через главный вход.

– Хей, это же Хью-миссионер, – похлопал наёмника по плечу один из посетителей. – Оставь друга в покое.

Наёмник утихомирился, правда нехотя. Хьюго с облегчением вздохнул и развернулся к стойке.

О комфорте можно было забыть – интересующиеся взгляды со всех сторон сыпались, хоть он и делал вид, что не замечал их.

Проглотив залпом остатки зелья, Хьюго поспешил ретироваться, попутно натягивая на лицо шарф. Лучше держаться подальше от таверны в этом диком посёлочке, где нет ни охраны, ни друзей. И кто ещё тот тип, узнавший его и даже назвавший по имени?

«Становлюсь популярен, не иначе», – заключил Хьюго с тревогой и, быстро оглядевшись по сторонам, направился через посёлок.

Круглые маленькие домики из красной глины, обожжённые вечно палящим солнцем, окружали его со всех сторон и были единственным типом построек в округе. Но как бы ни был уныл этот пейзаж, ещё печальнее была перспектива пускаться в долгий путь с единственной бутылочкой катаки.

«Придётся жевать кактусы, – грустно размышлял Хьюго. – Среди пустынного зверья на них вообще-то конкуренция. А ещё они вызывают галлюцинации, а я не мглородившийся, способный им противостоять.

Солнце светилось у самого горизонта. Уставившись на него, Хьюго постоял немного в размышлениях, а затем продолжил путь к окраине городка.

В Сахасале практически не было монстров. Что странно, ведь континент находился ниже Нерины. А там хоть серпом коси этих «Ит Ахра», как называли их в Нижнем мире. На языке серокожих это значило «Пришедшие из Пламени». И серокожие Нижнего мира имели полное право, считал Хьюго, давать названия порождениям Бездны.