Нерумикон

Оно уже не смеялось, зорко выглядывая что-то в толпе. – В следующий раз мы не придём. А может, и придём, кто знает!

В последний раз хохотнув, оно ястребом слетело по шесту и растворилось в толпе в одно мгновение. Последнее, что видел Хьюго – кривую звериную усмешку, присущую или серокожей расе, или пережившим. Впрочем, так могли ухмыляться и некоторые люди.

На площади стало меньше людей. Тела охранников лежали в пыли, хотя крови было очень мало. Только с обезглавленного натекло, и его обходили стороной. А, впрочем, сложно сказать, когда вся площадь вымощена красным камнем… Камнем, который добывают во всём Сахасале, не покладая рук, но кто из сахасальцев может назвать его своим?

А пленник бесследно исчез.

Хьюго не видел, чтобы его отвязывали или уводили, хотя старался следить за всем очень внимательно. Удерживающие его верёвки, разорванные, качались на колесе.

Наконец-то площадь оцепила армия. Гулкий командный голос отдавал распоряжения, всюду суетились солдаты, выискивая исчезнувшие тени.

Жители разбредались, громко делясь впечатлениями, на всех концах площади их осматривали, перед тем как пропустить.

– Закрыть город! Устроить облаву на нищий квартал… Задержать и допрашивать всех неместных! Я не знаю, сколько дерьма вы выбьете из этого города, я хочу знать, что это, мать Бездны, было!.. Я хочу этих шутов завтра на виселице!!

Запоздало прибывшая власть грохотала, отдавая распоряжения, совершенно не соответсвовавшие предпочтениям Хьюго. Поэтому он сделал несколько шагов под тени яркого лоскутного полога, ртутно сверкнул глазами и, подобно недавним таинственным бунтарям, растворился в тени.

Нерумикон, день Жатвы, 4

Время путешествия до столицы Васка растягивала, как только могла. В конце концов серые стены с резными башнями вынырнули из-за цветущих холмов, а Васка ещё так и не решила, что делать со своей жизнью. Шанс становился счастливее с каждой пройденной верстой, а Васка – задумчивее.

«Иэра, Разлом тебе в задницу! Из-за её слов мне действительно может прийти в голову стать экзорцистом…»

Она не хотела этого, не хотела привязывать себя к какой-то фракции или занимать должность, где с неё могут что-то потребовать.

Но лучше ли бессмысленная работа на Гильдию? Где-то в душе Васка знала ответ, и ей он совершенно не нравился.

Это сковывающее, липкое ощущение, что что бы ты там не думал, а всё равно поступишь определённым образом. Невзирая на рассуждения, приоритеты и сугнирские насмешки.