Что там, после жизни? Научные исследования в области разделения тела и сознания

Многие люди сообщают о том, что когда они были вне своего тела, они видели события, совершающиеся в физическом мире.

Подтверждаются ли какие-нибудь из этих сообщений другими свидетелями, в отношении которых известно, что они присутствовали рядом? В отношении довольно большого числа случае на этот вопрос можно ответить абсолютно утвердительно – «да!» Более того, описания событий, которые содержатся в свидетельствах людей, переживших вне телесный опыт, отличаются весьма большой точностью. Несколько докторов говорили мне, что они просто не в состоянии понять, каким образом пациенты не имеющие никаких медицинских знаний, могли так детально и правильно описать процедуру реанимации, тогда как врачи проводившие реанимацию точно знали, что пациенты мертвы.

»

––

В ряде случае Моуди признает, что реально умиравший пациент не помнил ничего и никаких «странствий души» у него не было. И как добросовестный исследователь, он делает из этого интересные выводы:

––

«Несколько человек, с которыми я беседовал, были признаны умершими, реанимированы и в своем последующем рассказе не упоминали ни об одном из этих общих элементов (посмертных ощущений).

Фактически, они говорили, что они не могут вообще ничего вспомнить о своей «смерти». Весьма интересны случаи, когда мне приходилось беседовать с людьми, которые были признаны умершими неоднократно с разрывом в несколько лет. Они рассказывали, что не испытывали ничего в одном случае, но имели достаточно полный опыт в другом. »

––

Изучив подобные свидетельства, Моуди пришел к выводу, что они в чем-то похожи, а в чем-то различаются. В одном рассказе присутствовал один элемент, в другом – другой, в третьем – оба вместе. Только проанализировав сотни свидетельств, Моуди сумел понять последовательность происходящего и построить некую обобщенную модель.

Самым важным свойством этой модели является ее научность, то есть воспроизводимость и повторяемость опыта. Заинтересованный исследователь может самостоятельно опросить (что и сделал автор книги) людей, побывавших в состоянии клинической смерти, и убедиться, что в их воспоминаниях есть хотя бы несколько элементов модели доктора Моуди.

Однако эта модель совершенно не похожа на рассказы Платона и на сочинения Сведенборга, о которых упоминает Моуди в своей книге. Платон и Сведенборг имели частный опыт, преломленный через иное культурное восприятие, а Моуди обобщил его в свете современной европейской науки.