Девушка в переводе

Аннет с братом уже успели взбежать по каменной лестнице к парадной двери. Аннет схватила комикс. Мы с миссис Эйвери подошли к ним как раз в тот момент, когда братец взвыл: «Ма-а-ам!»

– Дай хоть минуту покоя, дорогой, ладно?

Миссис Эйвери справилась с замком, и за распахнувшейся дверью я увидела люстру, сверкавшую огоньками, будто каплями дождя на листьях. У входа, на полированном столике, стояла стеклянная ваза, полная свежих фруктов. Интересно, как им удается защищать от тараканов открытую вазу? Чудесный изысканный аромат печенья и лимонного чистящего средства витал в воздухе, толстый ковер цветочной аллеей вел в глубину квартиры.

– Мы дома, – сообщила в пространство миссис Эйвери. Но вместо человека из коридора показался пес – белый чау-чау бросился к Аннет. А по лестнице скатился громадный серый кот с белым пятном на кончике хвоста и принялся тереться о ноги брата Аннет.

– Не пугайся, – успокоила меня миссис Эйвери. – Понимаю, они могут разом дорожать, если ты не привыкла к животным, но не уксус яд!

Братишка Аннет схватил кота на руки и зарылся лицом в густую шерсть.

Сама Аннет хихикала как сумасшедшая, пока собака вылизывала ее лицо. Невероятно, как миссис Эйвери допускает подобное. Разве животные – это не сплошные микробы?

Миссис Эйвери наклонилась ко мне.

– Все, что нужно, – ласково проговорила она, – это погадить, вот так. – И она потянулась к коту: – Иди сюда, Томми. Они подойдут, обнюхают тебя, и вы станете добрыми друзьями.

С трудом удерживаясь от желания задать вопрос, я покосилась на Аннет, которая уже расселась на полу, прямо в пальто и галошах, и прижалась головой к собачьей груди.

– У них есть?.. – Я не знала, как называются блохи по-английски, поэтому изобразила почесывание.

– О! – воскликнула миссис Эйвери. – Нет, плохо у них нет. Видишь? – Она просунула палец под тонкий ремешок на шее кота. – Это предохраняет от плохо.

Вид у меня, наверное, был озадаченный, поэтому она решила уточнить – поскреблась под мышкой, точно обезьянка.

Никогда в жизни я не видела, чтобы взрослые, тем более женщина, вели себя так неприлично.

– Нет чечетки, – повторила она. – Все в порядке.

Маленький братик уже помчался в кухню, мы последовали за ним. Меня представили домработнице, костлявой и сухой, как кусок вяленого мяса.

– Добрый день, – поздоровалась я, протягивая руку.

– Нет, вы только поглядите, – удивленно проговорила она, покачивая головой.

Нам приготовили перекусить.