Охотники на мамонтов

Ты хорошо сделал, что привязал этого сорванца, но нам пора подумать и о его воспитании, чтобы он стал вести себя, как Уинни.

Джондалар улыбнулся:

– Отличная мысль, но как ты собираешься воспитывать его?

– Сама толком не знаю. – Эйла задумчиво нахмурила брови. – Уинни всегда слушалась меня по собственной воле, мы с ней с самого начала стали хорошими друзьями, но я не уверена, захочет ли этого Удалец. Он больше любит тебя, Джондалар. Может, ему захочется исполнять твои команды. По-моему, нам надо вместе попытаться воспитывать его.

– С удовольствием, – согласился он. – Мне так хочется когда-нибудь прокатиться на его спине так же, как ты ездишь на Уинни.

– Мне тоже этого хочется, Джондалар, – сказала она, вспоминая о том, как в ее сердце зародилась любовь к этому светловолосому мужчине из племени Других. Когда-то она надеялась, что если Джондалар полюбит детеныша Уинни, то это может побудить его навсегда остаться жить с ней в ее долине. Потому-то Эйла и попросила его дать имя жеребенку.

Барзек с легким нетерпением ожидал, пока гости закончат разговор на непонятном ему языке. Наконец он не выдержал:

– Ну, раз уж вы решили съездить за вещами, то я пойду помогать разделывать туши.

– Подожди меня, – остановил его Джондалар. – Я только помогу Друвецу сесть на лошадь и пойду с тобой.

Они вдвоем помогли юноше взобраться на спину Уинни и проводили взглядами удалявшуюся компанию.

* * *

Когда Эйла и Друвец вернулись со своей прогулки, тени стали заметно длиннее, и оба они поспешили заняться общими делами.

Немного погодя, расположившись на берегу реки и промывая в воде длинные трубочки кишечника, Эйла вспомнила, как разделывали и свежевали животных женщины клана. Вдруг она поняла, что сегодня впервые в жизни ее признали равноправным членом охотничьего отряда.

Эйле с детства хотелось пойти на охоту вместе с мужчинами, хотя она знала, что женщинам запрещено охотиться. Но к охотничьим подвигам мужчин все относились с таким уважением и их охотничьи истории были настолько захватывающими, что Эйла стала грезить охотой и в мечтах часто представляла себя отважной охотницей, особенно когда ей хотелось забыть о какой-то неприятной или трудной ситуации.

И это невинное начало привело к таким осложнениям, которых она вовсе не могла предвидеть. После того как ей разрешили охотиться с пращой, оставив под запретом все остальные виды оружия, она стала тайно подслушивать, как мужчины обсуждают свои охотничьи планы.