Мудрость толпы

У Савин вырвалось нечто вроде всхлипа, откуда-то из самого нутра.

Она протянула к нему руки. У нее почти не оставалось сил даже на то, чтобы их поднять, но ей так хотелось подержать его! Она сама не понимала почему. Слезы текли из нее ручьем, в носу хлюпали сопли, а воспаленный рот непроизвольно искривился. Она прижала сверток к груди, издавая нечленораздельные звуки.

– Я стала матерью, – прошептала она.

Зури подняла черные брови:

– Единственный из возможных выводов.

До Савин донесся звук журчащей воды – акушер мыл в раковине окровавленные руки.

– Вы прекрасно справились, – сказал он ей с аккуратной улыбкой на опрятном лице. – Просто замечательно. Передайте лорду Броку, что он может познакомиться со своим сыном!

Савин испытала смутное желание снова послать его подальше, но, вероятно, теперь это было бы уже плохим тоном. К тому же она была занята тем, что смотрела на лицо своего малыша и улыбалась ему. Улыбалась слезливой, дрожащей, ничем не защищенной улыбкой, абсолютно на нее не похожей.

Человек! Крошечное, беспомощное человеческое существо, возникшее внутри ее тела.

Савин всегда презирала детей, даже больше, чем домашних животных. Когда другие женщины принимались лопотать и агукать над ними, она обычно снисходительно улыбалась и говорила то, что принято говорить в таких случаях, думая про себя о том, какие это безобразные, морщинистые, бессмысленные существа – пронзительно вопящие, требующие постоянной помощи во всем и ежечасно пачкающие пеленки.

Конечно же, все говорят: «Когда у вас будет свой, он покажется вам прекрасным» – с самодовольным видом, словно извергнуть из себя ребенка – это какое-то тайное знание, словно они стали какими-нибудь членами магического ордена.

Теперь ей казалось, что они скорее недооценивали ситуацию. Ее ребенок был невероятно, потрясающе прекрасен; каждое его шевеление казалось чудом… Какая банальность!

– Мальчик, – прошептала Савин.

Она смутно припоминала, что раньше предпочитала дочь. Но теперь каким-то образом оказалось, что сын – это в точности то, чего ей всегда хотелось.

До нее доносились разговоры откуда-то возле двери. Мужские голоса. Теплые слова. Поздравления… Словно они были хоть как-то к этому причастны!

Она услышала неровное постукивание костыля по доскам пола и подняла полные слез глаза.