Проблема с миром

Жалко, что он так часто хмурился, потому что, когда он улыбался, весь мир начинал светиться.

– Моя очередь прятаться! – завопил Лео.

Он ринулся наутек, поскользнулся, упал, перекатился в облаке сенной пыли, вскарабкался на ноги и исчез за дверью амбара. Почему-то Рикке стало грустно, когда она смотрела ему вслед. Ужасно грустно.

– Нет, – проговорила она, закрывая глаза. – Это было давным-давно.

Бесконечное изобилие

– Как моя стойка? – спросил Хлыст, оглядываясь через плечо на свою заднюю ногу.

– Мы еще вернемся к твоей стойке, – сказал Клевер.

– Примерно через год с такой скоростью, – пробурчал Нижний, поднимая свою секиру лезвием к солнцу и затем снова принимаясь его полировать.

– Если ты продержишься год. – Шолла, сосредоточенно хмурясь, пыталась отрезать от куска сыра как можно более тонкий ломтик, орудуя своим длинным тонким ножом.

– Не слушай эту жалкую парочку, – сказал Клевер. – К твоей стойке мы еще вернемся. Но всегда помни об одном: если ты вытащил меч, это значит, что ты уже совершил по меньшей мере одну ошибку.

– Чего? – переспросил Хлыст, скашивая на него глаза поверх плавающего кончика своего клинка.

– Разве что ты его чистишь, или точишь, или, может быть, решил его продать.

– А если вокруг сражение?

– Это значит, что ты сделал по меньшей мере две ошибки, а возможно, гораздо больше. Битва – не место для уважающего себя воина. Но если уж тебе пришлось на ней присутствовать, хотя бы имей достаточно вкуса, чтобы находиться подальше от того места, где сражаются.

– А что, если какой-нибудь ублюдок пытается тебя убить?

– В идеале тебе стоило бы догадаться об этом за некоторое время и прикончить его первым, предпочтительнее всего во сне. Именно для этого придуманы ножи.

– И еще чтобы резать сыр, – поправила его Шолла, с невероятной сосредоточенностью поднося ко рту ножик с прилипшей к плоской стороне тоненькой, почти прозрачной сырной чешуйкой. Как раз в тот момент, когда сыр уже коснулся ее губ, через двор прилетел порыв весеннего ветра и сдул его с ножа, словно пушинку с одуванчика.

– Вот чем хороши ножи, – сказал Клевер. – Во-первых, они дешево стоят, во-вторых, имеют множество применений. В то время как мечи стоят как черт знает что и годятся лишь для одного дела – того самого, которого любому человеку стоит избегать.

Хлыст недоуменно наморщил лоб:

– Ты так говоришь, будто учиться владеть мечом вообще незачем.