Проблема с миром

Несмотря на то что платье было сшито по мерке, сидело оно невероятно плохо. Или, возможно, его просто кроили для той женщины, какую из нее хотели сделать, а не той, которой она была.

Она подумала о том, что сказал бы Сибальт, если бы увидел ее в таком костюме. Должно быть: «Жаль, что я не повстречал тебя раньше. Все могло бы пойти по-другому». А она бы ответила: «Но этого не случилось. Так что давай довольствоваться тем, что имеем». И тогда он бы улыбнулся своей усталой улыбкой и сказал: «Судьбы свидетели, Вик, с тобой трудно иметь дело!» – и был бы прав… Она не раз ловила себя на том, что вспоминает о нем в самые неожиданные моменты.

Вспоминает его тепло, тяжесть его тела в своих объятиях, тяжесть его рук, обнимающих ее. Вспоминает, как это было – иметь кого-то, до кого можно дотронуться.

Но Сибальт перерезал себе горло после того, как она его предала. Думать о том, что он мог бы сделать сейчас, – напрасная трата времени.

Отпустив портьеру, она повернулась лицом к комнате и обнаружила, что Огарок рассматривает ее, задумчиво хмурясь, словно головоломку, к которой никак не мог подобрать ключ.

– Ну, чего уставился? – рявкнула Вик.

– Прости… – Он съежился, словно щенок, которому дали пинка. – У тебя было такое лицо…

– Идиотское?

– Нет, просто… другое.

– Не забывай, что внутри я та же самая. Та женщина, которая держит в заложницах твою сестру.

– Такое вряд ли забудешь, да? – огрызнулся парень, давая выход угрюмому, бессильному гневу.

Даже это напомнило ей о брате. Такое выражение у него обычно появлялось, когда он говорил, что они должны помогать другим, а она говорила, что прежде всего они должны позаботиться о себе. Вид уязвленной добродетели.

– Зачем ты вообще здесь? – вызывающе спросил Огарок.

– Ты знаешь зачем. Союз слаб, его враги повсюду. Если мы не сможем удержать того, что уже имеем…

– Нет, я спрашиваю, почему тебя вообще волнует все это дерьмо? Они же послали тебя в лагеря, нет? На твоем месте я бы только смеялся, глядя, как гребаный Союз идет ко дну! Зачем ты здесь?

Ее губы искривились, готовые выплюнуть ответ: потому что она в долгу перед его преосвященством.

Потому что шантаж и предательство – единственные профессии, в которых ей удалось преуспеть. Потому что надо держаться вместе с победителями. У нее было наготове полдюжины ответов! Просто ни один из них не стоил и ломаного гроша.