История Французской революции: пути познания

Автор, как бы занимая позицию рефери, даже журил Олара за «излишнюю горячность» в полемике:

«Я не скрою наперед и того, что в своей критике Тэна Олар не сумел удержать себя в рамках научного беспристрастия: то же самое, что он вообще говорит, можно было бы сказать в более спокойном тоне, и я даже утверждаю, что аргументация Олара выиграла бы в убедительности при большей объективности»[60 - Кареев Н. И. Тэн перед судом Олара // Русское богатство. 1908. № 7. С. 171.].

И хотя сам Кареев такой «ошибки» не повторял и открыто не принимал в полемике чьей-либо стороны, его рассуждения строились таким образом, чтобы не оставить у читателя ни малейшего сомнения в правоте Олара. Начинался текст хвалой научным заслугам последнего:

«Если бы меня спросили, кто в настоящее время может быть назван лучшим знатоком французской революции, то я, конечно, указал бы на Олара…»[61 - Там же. С. 170.]

Далее следовала характеристика политических взглядов каждого из участников спора, дабы либеральная публика, читающая «Русское богатство» – журнал, постоянно находившийся на грани закрытия за свою оппозицию правительству, получила четкое представление о том, кто здесь «свой», а кто «чужой»:

«…В своих политических взглядах Тэн и Олар принадлежат к двум различным лагерям: Олар – демократ и республиканец, тогда как Тэн, слывший когда-то в реакционных кругах за вольнодумца и нечестивца, прославился как раз своим резко отрицательным отношением к принципам, положенным в основу демократизма и республиканизма великой революции, и тем самым приобрел популярность и авторитет среди реакционеров не одной притом Франции»[62 - Там же.

С. 171.].

Дав читателям столь высокую научную («лучший знаток») и политическую («демократ и республиканец») рекомендацию Олара, Кареев далее фактически лишь воспроизводил его основные умозаключения, по сути, предлагая читателям принять их на веру:

«Дело велось, значит, методично, постепенно и, понятно, с большим вниманием.

Какой же общий вывод Олара? А тот вывод, что труд Тэна “почти, – как выражается критик, – бесполезен для истории”. К такому выводу приходит он по проверке всех источников Тэна, сколько-нибудь доступных проверке и по рассмотрении способа, каким Тэн ими пользовался»[63 - Там же. С. 172.].