Мандаловедение: искусство осмысленного плетения

Любила такие поездки и ждала их каждое лето, как, наверное, и большинство детей. Я весьма неплохо играла в пионербол, поэтому очень обрадовалась, попав в спортивную смену, где отрядам предлагалось создавать команды по всем видам спорта, а потом соревноваться между собой и даже с соседними лагерями. Однако в первые же дни я рассорилась с «главными» девочками в отряде, отчего не только не стала капитаном команды по пионерболу, но и вовсе была из нее исключена. Пребывание в лагере после этого события теряло для меня смысл, ведь все свободное время планировалось проводить в тренировках и обсуждении наших спортивных достижений.

И тут, сидя на берегу озера в грустных думах, я встретила Айну.

Айна приехала в русскую глубинку волонтером какой-то международной программы. Я не помню подробностей, да и не спрашивала тогда об этом – не было важно. Такие детали мне пришлось вспоминать уже позднее, сопоставляя свои воспоминания, записи и реалии тех дней. В ее задачу, насколько мне известно, входило иногда проводить занятия по рукоделию с детьми, и первым ребенком, которого она нашла незанятым в спортивных упражнениях, была я.

Айна была наполовину индейских кровей. Ее мама-европейка встретила и полюбила папу-индейца и родила дочку, выросшую в красивую высокую женщину со смуглой кожей, смоляными волосами и выдающимся носом. О своей жизни Айна рассказывала краткими фразами в контексте тем занятий, и не потому, что что-то утаивала, а потому, что не считала это важным для меня. В принципе, на тот момент она была права.

Когда случилась наша встреча, Айне было где-то 40—50 лет, и она говорила на очень понятном для меня английском языке – простом и четком (я учила английский и в детском саду, и в школе углубленно), мы вполне могли изъясняться, а под конец смены – даже шутить.

Так вот, занятия с Айной начинались для меня вполне обыденно. Я всегда любила рукодельничать, и мне было интересно освоить новое – узорное оплетание нитками палочек. Начав с общего рассказа о том, что это искусство практиковала ее бабушка, и бабушка ее бабушки, и увидев, что мне интересно, Айна постепенно перешла к более захватывающим описаниям возможностей мандал.

А когда она, взяв в руки мою мандалу, смогла рассказать, о чем я думала в момент плетения, я очень глубоко впечатлилась и загорелась желанием вызнать все что можно об осмысленном подходе к этому ремеслу.

Стоит заметить, что в те годы понятия «обережное рукоделие» не существовало в общедоступной среде.