Судьба русского солдата

Даже с полигона рядом всё оружие, что было, собрали и выдали, – интендантский бас звучал совсем приглушённо.

– Замечательно! – ротный в отчаянии хлопнул себя ладонями по бёдрам. – То есть у меня один взвод будет с английскими Энфилдами, другой с австрийскими Манлихерами, третий с французскими Лебелями?

– Могу предложить ещё японские Арисаки. Осталось несколько штук.

– Это юмор у вас такой? Вы хоть в курсе, что это всё винтовки под разный боеприпас?

– Послушайте, я в курсе. Но других вариантов действительно нет.

Если не верите, я покажу вам склад, – в непробиваемом до сей поры басе интенданта теперь просквозила неподдельная обида. – Можете убедиться сами.

Ещё минуту шуршали бумаги. Ротный тяжело сопел, подписывая какие-то ведомости.

– Вчера даже автомат Фёдорова выдал, – тихо говорил интендант. – Помните такую систему?

Ротный, не отрываясь от бумаг, в которых он что-то сосредоточенно писал, молча кивнул. Через минуту поднял глаза на собеседника и спросил с надеждой:

– А винтовки Маузера есть? Может, хоть трофейными боеприпасами потом разживёмся.

– Только старого образца, да и то десятка два, – проговорил интендант и отвернулся.

– Твою ж мать… – вырвалось у ротного. Почесав затылок, он проговорил после короткой паузы: – Нет уж, оставьте такие «маузеры» себе. Иначе я совсем с ума сойду с этим стрелковым зоопарком и боеприпасами к нему.

– Вы думаете, я не понимаю, в каком вы положении оказываетесь с боепитанием? Но поверьте, я сделать ничего не могу, – в очередной раз развёл руками интендант.

 – Патроны отдам все, что есть. Но их немного…

Закончив заполнять бумаги, ротный взглянул на майора. Проговорил, тяжело вздохнув:

– Н-да, коллекция у вас, конечно, достойная уважения. Но она для музея, а не для фронта. Ладно, раз других вариантов нет – давайте начинать выдачу…

Взводу, в котором состоял Кровлев, достались длинные французские винтовки системы Лебеля. Их выдавал под сводами старого, дореволюционной постройки, складского здания из красного кирпича пожилой красноармеец в ватнике.

– А штыки к винтовкам есть? – спросил красноармейца Кровлев, когда очередь дошла до него.

– А надо? – равнодушно поинтересовался выдававший.

– Тащи на всех.

Когда взвод вышел строиться после получения оружия, на поясе у каждого, подвешенный за специальное изогнутое крепление, висел в закруглённых ножнах длинный гранёный штык, по очертаниям и размерам напоминавший шпагу.