Любовь и гром

Мгновенно взлетев на веранду, она походя выхватила револьвер у одного из мужчин, которым Кэллен преградил путь. На этот раз Чейза рядом не было, чтобы остановить ее. А никто другой ни за что бы не отважился даже попытаться.

– В вас никогда прежде не стреляли, Кэллен? – светским тоном поинтересовалась она, жестом приказав обоим мужчинам войти в дом и поглаживая при этом ствол старого кольта 44-го калибра. – Есть у человека части тела, которые можно отстрелить, не проливая при этом много крови, но будет чертовски больно.

Палец на руке или на ноге, к примеру… Или то, что делает мужчину мужчиной. Как вы думаете, сколько потребуется пуль, если отстреливать по дюйму за раз? Три? Или даже меньше? Полагаете, это будет соответствовать вашей собственной жестокости?

– Да вы сумасшедшая! – в ужасе прошептал Уолтер, схватившись за свой револьвер.

Джессика не пыталась помешать ему, лишь пристально следила за его рукой, надеясь, что он выхватит-таки оружие. Кэллен увидел этот огонек надежды в ее глазах и медленно убрал руку.

– Трус! – прошипела она. Ей надоело играть с ним. – Собирай свое барахло, Кэллен, и чтобы до захода солнца ни тебя, ни твоих людей и духу здесь не было! Посмей проигнорировать мои слова, и я превращу твою жизнь в ад. На этой земле тебе нигде не удастся скрыться от моей мести.

Такого оборота он не ожидал.

– У вас нет никакого…

– К черту, Кэллен!

Он умоляюще посмотрел на ее мужа.

– Саммерс, вы не могли бы угомонить свою жену?

– Я уже оказал тебе одну услугу, сукин ты сын! – рявкнул Чейз.

 – Помешал ей снести тебе череп! Все ее требования – сущая ерунда в сравнении с тем, что ты заслужил! Поэтому не вякай! Тебе повезло: один из твоих работников – собутыльник моего бригадира. И тебе чертовски повезло, что ему не пришлось скакать к нам на ранчо, а он нашел нас на пастбище. Но на этом твое везение кончилось. То, что ты сделал, – чудовищная дикость, не свойственная даже зверю.

– Я был в своем праве, – запротестовал Уолтер.

 – Он совратил мою дочь.

– Эта хладнокровная сучка, которую ты называешь дочерью, сама вешалась ему на шею, – фыркнула Джесси, отодвигаясь чуть в сторону, чтобы дать вынести матрас. Фургон к этому времени уже подогнали. – И вот что я скажу тебе напоследок: если он умрет, ты покойник, Кэллен. Поэтому тебе лучше хорошенько помолиться по дороге из Вайоминга.

– Шериф непременно узнает обо всем!

– О да, надеюсь, ты окажешься настолько туп. Очень надеюсь.