Мой злодей

Мать не станет провожать ее во дворец. Как же трудно расставаться!

Лилли ободряюще сжала руку дочери, и этот простой жест придал Ребекке храбрости.

– Ах, если бы это видел твой отец! – прошептала Лилли. – Как бы он гордился тобой!

Ребекка взглянула на мать сквозь слезы. Растроганная Лилли была счастлива за дочь и все же чуть-чуть завидовала ей. Сама готовая расплакаться, она улыбалась.

– Надеюсь, вы не собираетесь разрыдаться? – жалобно спросила Флора.

Лилли рассмеялась.

Ребекка нашла в себе силы улыбнуться. Простодушие Флоры, как всегда, развеселило обеих.

К сожалению, Флора не будет жить во дворце вместе с Ребеккой, только поможет ей устроиться. Обе знали, что Ребекке не отведут собственную комнату. Во дворце обычно не хватало помещений для всех придворных, не говоря уже о слугах, поэтому Лилли сняла для Флоры квартиру неподалеку от дворца. Горничная сможет приходить во дворец каждый день заботиться о гардеробе Ребекки и выполнять свои обычные обязанности.

Лилли мечтала о покупке дома в Лондоне специально к первому сезону Ребекки. Но теперь, когда сезон начался в совершенно иных обстоятельствах, мать заколебалась. Многие придворные дамы владели домами, где проводили ночи, вместо того чтобы делить спальню сразу с несколькими приятельницами. Однако Лилли хотела, чтобы дочь узнала всю подноготную придворной жизни, поэтому лучше жить во дворце. Будь у Маршаллов городской дом, Ребекка наверняка уступила бы соблазну возвращаться туда вечерами.

На прощание Лилли крепко обняла дочь:

– Увидимся недельки через три, дорогая. Постараюсь выдержать столь долгую разлуку.

– Но тебе совершенно не обязательно…

– Обязательно, – перебила Лилли. – Это твое, а не мое время. И наслаждайся каждой минутой. Но ты должна писать мне каждый день. Я хочу знать обо всем!

– Обязательно.

– Главное, Ребекка, постарайся извлечь пользу из пребывания во дворце.

Я точно знаю, тебя ждет нечто необыкновенное.

Ребекка искренне позавидовала материнскому энтузиазму. Сама она не испытывала ничего подобного. Теперь, когда разлука казалась неминуемой, на душе становилось все тяжелее. Сбылась мечта. Только это мечта матери, лучше бы Лилли стала фрейлиной, а не она.

Но Ребекка, готовая на все ради матери, изогнула губы в делано жизнерадостной улыбке, обняла Лилли и поспешила во дворец.