Дуэль Лермонтова и Мартынова

Действительно, почему, если законодательством предусмотрены строгие наказания за участие в дуэли, участников дуэли наказывают лишь формально или вовсе освобождают от наказания?

Что такое дуэль с точки зрения уголовного преследования в то время?

Какие обстоятельства состоявшейся дуэли нужно было выяснить следствию и суду для установления степени вины ее участников?

Действительно ли Мартынов – с учетом обстоятельств дуэли – фактически совершил убийство Лермонтова, а секунданты допустили бесчестные действия и грубо нарушили правила дуэли?

Ответы на эти вопросы продолжают волновать исследователей и в настоящее время.

М.И. Давидов в своем публицистическом произведении о дуэли Лермонтова и Мартынова Дело номер тридцать семь пишет следующее: «Укажем основные пункты лжесвидетельства Мартынова и его секундантов:

1. Утаено от следствия жестокое условие трех выстрелов, по которому Мартынов имел возможность с трех попыток с очень близкого расстояния поразить Лермонтова, который отказывался от своих выстрелов.

Секунданты сделали подсказку Мартынову исключить из своих показаний упоминание о смертельных условиях дуэли. Рукою “друга” Лермонтова М.П. Глебова выведено: “Покамест не упоминай об условии трех выстрелов; если позже будет о том именно запрос, тогда делать нечего, надо будет сказать всю правду”. Правда не была сказана, так как запроса, естественно, от сочувствующих Мартынову и секундантам следователей не последовало.

2. Секунданты и Мартынов “увеличили” в показаниях расстояние между дуэлянтами с действительных шести-десяти шагов до мнимых пятнадцати!

3.

 Скрыли факт о высоко поднятой вверх руке Лермонтова с пистолетом и о выстреле поручика в воздух.

4. Утаили от правосудия категорический отказ поэта стрелять в своего противника, высказанный еще до поединка.

5. Не сообщили, что Мартынов выстрелил после команды три, когда по условиям стрелять уже было нельзя.

6. Совершили сокрытие всех нежелательных свидетелей поединка (Столыпина, Трубецкого, Дорохова, Чалова и др.

).

7. Пытались запутать вопрос, от кого исходил вызов на дуэль. Якобы Лермонтов после ссоры произнес слова: “Потребуйте от меня удовлетворения”, которые заключали в себе уже косвенное приглашение на дуэль. Поэтому Мартынов якобы был вынужден сделать вызов, который с его стороны был лишь формальным актом, а инициатива поединка исходила от Лермонтова»[1 - Давидов М.И. Дело номер тридцать семь // Москва. 2003. № 7–8. С. 7.].