Т-34. Выход с боем

Действительно, заострившееся лицо раненого под пилоткой как нельзя больше напоминало именно этого зверька. Слов не поняли, но вместе с Ветлугиным гренадеры быстро втянули внутрь второго немца. Набились все как сельди в бочку так, что практически сидели и лежали друг на друге. Дверцы остались раскрытыми нараспашку.

– Los! Los! – подали команду к движению.

Бронетранспортер, резко дернувшись, тронулся и пополз, раскачиваясь, по разбитой дороге. Майора Терцев, сам кое-как вжавшийся в угол, практически затащил на себя.

Артиллерист был в полузабытьи и только мотал головой в такт движению. Раненого немца, вытянув, уложили на коленях у двух рядов сидящих внутри пехотинцев. Примостившийся посередине санитар, расстегнув кожаный медицинский подсумок на поясе, ножом распорол парку и мундир, несмотря на отчаянную тряску, ловко обрабатывал рану. Привалившийся к стенке солдат, пришедший последним, втиснул карабин между ног и расстегнул шинель. Только сейчас стало заметно, что она была прострелена на груди. От бурого развода вдоль ряда пуговиц валил пар. Санитар, посмотрев на солдата, что-то прокричал сквозь шум двигателя и лязг гусениц. Гренадер сделал отрицательный жест рукой и достал из-под полы мундира индивидуальный пакет. Бинтоваться ему помог товарищ рядом.

«Вот ведь здоровенный черт!» – искоса глянув на немца, мысленно проговорил Ветлугин и второй раз поймал себя на мысли, что испытывает уважение к противнику. Пожалуй, было за что.

Больше боестолкновений не было. Уже совсем засветло, туманным февральским утром, по наведенной понтонной переправе колонна перебралась через речку.

В этом месте оба ее берега удерживались деблокирующими германскими подразделениями. Бронетранспортеры съехали на обочину, остановились и заглушили двигатели. Пленных вытолкнули наружу. Ветлугин и чумазый солдатик волокли майора, закинув себе на плечи его руки. Терцев огляделся по сторонам. Везде было полно вооруженных немцев. На этом участке прорыв им удался вполне, неприятель здесь вывел не только личный состав, но и тяжелую технику. Загружали в подошедшие грузовики раненых. Стояло несколько танков с наведенными на другой берег, откуда они только что вышли, стволами пушек. Рядом с приземистой «тройкой» у берега капитан увидел огромную «пантеру». Она была развернута в направлении движения их колонны. Ветлугин покосился на две кошачьи лапы с когтями, нарисованные на борту. Переглянулись с капитаном – сомнений, кто расправился с нашими «сушками», не было.