100 историй создания литературного образа

И войти, войти, разрывая капилляры и вены и добрести до твоего укрытия, несмотря на то, что я испортил русло вены, по которой вливалась грязь из меня внешнего в меня – внутреннего.

Ариадна! Прости, чертовка. Но задержался. Лучше в путь. Минотавр уже дышит на мои руки – они заиндевели от холода. Пытается их согреть своим жарким дыханием палача. Застоялся бедолага от долгого отсутствия пришельцев.

Я оглянулся на стены – хотел чтоб были обшарпанными, с кусками штукатурки – нет же покрашены в зеленый и пахнут той ночной сельской больницей, в которую меня выгрузили, обесточенного отравлением.

Не кончаются стены. Стена – это тупик, у тупика нет конца потому что нет начала. Последняя дверь – когда закрыта, кажется – там то, что должно быть спрятано от глаз. Она не заперта, не скрипит, она услужливо впускает тех, кто дошел, а дошел, значит отчаялся, значит… Где ты, Минотавр? Так и знал. Сидишь и ждешь. Но я передумал, я вынырнул. Твои квесты в лабиринте мне не нужны – я замечательно справляюсь со своим самоуничтожением.

Пятый обвиняемый – Парис

Я – Парис. Однажды я похитил Елену и началась Троянская война. Теперь с меня хватит.

Мир таков, что едва успеешь дунуть в одном конце света – поднимается ураган в другом.

Тебя мы судим за разочарование.

Шестой обвиняемый – Орфей

Что тебе нужно, когда ты бьешься на могиле, как рыба, выброшенная на берег? Когда кусок твоего сердца к тебе не вернется из глубин прошлого, он остался с ней, так безучастной к звукам твоей лиры. Когда твои руки вывернуты как крылья подбитой вороны, и ты дрожишь в беззвучном порыве тем отверженным засохшим листком, что остался на ветке одинокого земного существования, под которую упал листок Эвридики?

Седьмой обвиняемый – Одиссей

Ты оставил свои попытки поймать лист дерева, парящий в небе?

Ни одного листа не поймал.

Забыл, как они падают с дерев. Увидеть бы еще один, сорвавшийся с ветки – пойти за ним – обнаружить его на поверхности воды, растекшейся под крутым берегом морского залива, и наблюдать, как он прибьется к берегу.

Скольких людей погубил своими аферистическими идеями. И ведь они поплыли добровольно.

Что скажет судья?

Тройка способов найти героя, от имени которого произойдет рассказ

Смотреть глазами героя…

История, бывает, сверкает разными гранями, но не зевай, ускользнет, как своенравный налим, пока ты пребывал в очаровании.

Волнуешься. Хочешь рассмотреть. А рассмотреть все-то самому и невозможно.