Ахматовские зеркала

(Что угодно может случиться,

Но он будет упрямо сниться

Тем, кто ныне проходит там).

До смешного близка развязка:

Из-за ширм Петрушкина маска[23 - Вариант: Чрез Неву за пятак на салазках. – Примеч. Ахматовой.][24 - Петрушкина маска – «Петрушка», балет Стравинского.],

Вкруг костров кучерская пляска,

Над дворцом черно-желтый стяг…

Все уже на местах, кто надо,

Пятым актом из Летнего сада

Веет… Призрак цусимского ада

Тут же. – Пьяный поет моряк.

Как парадно звенят полозья.

И волочится полость козья…

Мимо, тени! – Он там один.

На стене его твердый профиль.

Гавриил или Мефистофель

Твой, красавица, паладин?

Демон сам с улыбкой Тамары,

Но такие таятся чары

В этом страшном дымном лице —

Плоть, почти что ставшая духом,

И античный локон над ухом —

Все таинственно в пришлеце.

Это он в переполненном зале

Слал ту черную розу в бокале

Или все это было сном?

С мертвым сердцем и мертвым взором

Он ли встретился с Командором,

В тот пробравшись проклятый дом?

И его поведано словом,

Как вы были в пространстве новом,

Как вне времени были вы, —

И в каких хрусталях полярных,

И в каких сияньях янтарных

Там, у устья Леты – Невы.

Ты сбежала сюда с портрета,

И пустая рама до света

На стене тебя будет ждать.

Так плясать тебе – без партнера!

Я же роль рокового хора

На себя согласна принять.

На щеках твоих алые пятна;

Шла бы ты в полотно обратно;

Ведь сегодня такая ночь,

Когда нужно платить по счету…

А дурманящую дремоту

Мне трудней, чем смерть, превозмочь.

Ты в Россию пришла ниоткуда,

О мое белокурое чудо,

Коломбина десятых годов!

Что глядишь ты так смутно и зорко,

Петербургская кукла, актерка,

Ты – один из моих двойников.

К прочим титулам надо и этот

Приписать. О подруга поэтов,

Я наследница славы твоей,

Здесь под музыку дивного мэтра,

Ленинградского дикого ветра

И в тени заповедного кедра

Вижу танец придворных костей…

Оплывают венчальные свечи,

Под фатой «поцелуйные плечи»,

Храм гремит: «Голубица, гряди!»[25 - «Голубица, гряди!» – церковное песнопение; пели, когда невеста ступала на ковер в храме.

Горы пармских фиалок в апреле —

И свиданье в Мальтийской капелле[26 - Мальтийская капелла – построена по проекту Кваренги в 1798–1800 гг. во внутреннем дворе Воронцовского дворца, в котором потом помещался Пажеский корпус.]

Как проклятье в твоей груди.