Битва добра и добра

На первый взгляд это похоже на обычные фантазии, но дело в том, что пока образы сна не стёрлись из памяти, возвращение в них активирует зоны мозга, отвечающие за сновидения, тем самым заставляя их работать в осознанном режиме, что в последующем должно привести к более частым и стабильным осознаниями во сне. Вот тогда уже можно будет переходить к следующему этапу тренировок.

За последний год Оксана довольно далеко продвинулась. Наверное, можно было бы и дальше, но дети совершенно не давали уходить глубоко в себя.

Стоило чуть сильнее сконцентрироваться и погрузиться, как они тут же начинали особо настойчиво требовать внимания, словно чувствовали исчезновение мамы и любой ценой пытались вернуть её на свой уровень бытия.

– Так что там тебе приснилось? – вернулся Александр от воспоминаний к теме сегодняшнего сновидения.

Оксана поведала, как первоклассник предсказал развал СССР и был за это наказан срыванием звёздочки.

– Мда… – задумчиво пробормотал Александр. – Кстати, что-то не могу до него дозвониться.

Вроде должен уже был доехать до дома.

– Ну мало ли. Отсыпается с дороги.

– Попробуй во сне с ним познакомиться, – предложил Александр. – Заодно скажи, чтобы телефон включил, мол Сашка дозвониться не может.

– Попробовать можно, конечно, – усмехнулась Оксана и посмотрела на детей, занятых своими играми. Потом закрыла глаза. Восстановила в памяти коридор приснившейся школы, нашла дверь учительской и заглянула внутрь.

Мальчишка плакал, а пожилая учительница мазала зелёнкой его ладонь и что-то говорила.

Оксана прислушалась.

– Это для твоего же блага! – вкрадчиво объясняла она. – Пойми: ты ещё маленький и многого не понимаешь…

Мальчишка обречённо кивнул.

– Вот и хорошо. А теперь пойдём на обед. Ты ж, наверное, проголодался?

Они вышли из учительской и направились к лестничной клетке. Сломанный октябрятский значок остался лежать на столе. Оксана хотела взять его, но вдруг визг Катюшки, а потом звон разбитого стекла выдернули её в реальность.

– Что там случилось?! – услышала она взволнованный голос, Александра.

– Все живы! – крикнула Оксана, прижимая рыдающего Ефимку к груди и оценивая масштабы разрушений. Было совершенно не понятно, как им удалось уронить торшер. Это была очень надёжная конструкция, неоднократно проверенная на устойчивость.

– Катя! Как?! – едва сдерживая нервный смех, спросила Оксана у дочери.

Вместо ответа Катька, хлопнув испуганными глазами, упала на четвереньки и завыла.