Доверься мне вновь

О твоем таланте говорит то, что она не только предложила тебе одно из мест в особняке, но и наняла тебя работать в свою компанию.

Если бы шпионом оказалась Блэр, то уровень ее осведомленности был бы самым высоким из всех сотрудников. Потому что тогда она не просто обманывала своего работодателя, но и совала нос во весь конкурсный процесс, чтобы ее выбрали на место в особняке. Потенциальные резиденты соперничали за признание, представляя резюме и эссе о том, чего они надеялись достичь, находясь в Нью-Йорке.

Каждого кандидата рассматривал небольшой комитет друзей его матери, но окончательное одобрение исходило от самой Сибил.

Учитывая, каким ударом будет для его матери обнаружить, что один из ее сотрудников продает секреты компании, Лукас очень надеялся, что ошибается насчет Блэр.

Глубоко вздохнув, она кивнула:

– Хорошо. Я сделаю Сибил макияж, если она этого захочет. Я польщена, что меня пригласили.

Она поерзала на стуле, и это движение приблизило ее голое колено к его.

Высокие каблуки ее розовых лодочек исчезли в густом переплетении темного турецкого ковра под их ногами. Его внимание медленно переместилось вверх по ее икрам. Его пальцы чесались проделать тот же путь.

Их глаза встретились.

Держись.

У Лукаса участился пульс.

Ее зрачки расширились, дыхание участилось.

– На этом все?

Блэр вскочила и отступила на шаг, чтобы между ними было больше пространства.

Спешила ли она отступить, потому что чувствовала то же притяжение, что и он? Или из-за нечистой совести? Больше времени, проведенного с ней, поможет ему выяснить правду.

– Да. Это все. – Он поднялся медленнее, а она направилась к выходу. – Я буду ждать твоего ответа, когда увижу тебя в субботу.

Ее шаги замедлились.

– Ты будешь там на съемках? – Ее взгляд на мгновение метнулся к окну, прежде чем снова вернуться к его лицу.

Лукас поборол в себе желание потянуться к ней и ответить на это женское любопытство каким-нибудь своим откровенным мужским интересом.

Вместо этого он просто кивнул:

– Это значительная рекламная возможность для бренда матери.

– Хорошо. Это… хорошо. – Блэр практически бросилась к двери. – Тогда увидимся.

Проскочив мимо Лукаса, Блэр выбежала из кабинета. Он уловил легкие нотки ванили в ее запахе, как будто аромат всех лакомств, которые она пекла, постоянно цеплялся за нее.