Ничья в любовной игре

Но и тогда тренер не встретил Жан-Пьера с распростертыми объятиями и не слишком старался с комфортом устроить его в Нью-Йорке. Они просто работали над общими задачами, стараясь вновь превратить «Гладиаторов» в мощную команду.

– А у тебя чертовски крепкие нервы. – Джек хлопнул стаканом по столу и развернулся к Жан-Пьеру. – Я пригласил тебя в Нью-Йорк, чтобы ты получил шанс выйти из тени своей семьи. Чтобы ты начал свою собственную игру. И вот чем ты отплатил мне за это! – прорычал он, крепко ухватившись за горлышко бутылки с виски.

– Я бы хотел отплатить вам вашей же монетой и попросить не пороть чушь. Вы пригласили меня сюда не по велению доброго сердца. Я был нужен вам, чтобы выигрывать. И я не подвел вас.

Джек молча поскреб лысеющий затылок.

– Я сделал то, чего вы от меня хотели, – продолжал тем временем Жан-Пьер. – Прекрасно сыграл свою роль. Может, даже слишком хорошо, черт побери. Одно дело просить меня выигрывать матчи, совсем другое – держаться подальше от Татьяны.

Он мысленно вернулся на десять лет назад, когда она встала на сторону своей семьи и заявила, что между ними все кончено.

Но их чувства не исчезли без следа просто из-за того, что Джек Дусе велел своей дочери забыть о Жан-Пьере. Они таились в глубине их души и вырвались на свободу при первой же возможности – там, в зале суда, когда он схлестнулся с ней после заседания.

– Мне не следовало принимать тебя в «Гладиаторы», – пробормотал Джек, наливая себе третью порцию.

– Помимо побед я обеспечил вам стабильность в раздевалке, без которой невозможно держать команду стареющих ветеранов и диких новобранцев на одной волне.

Если вам не нравится то, что я делаю, я буду рад пересмотреть условия нашего контракта.

Зная, что это проблема не сегодняшнего дня, Жан-Пьер размышлял только о том, как скоро он сможет уйти из дома Дусе вместе с Татьяной и его сыном, не нарушая приличий.

Его сын.

Он все еще не мог думать о величии этой новости без душевного трепета. Однако надо срочно преодолеть этот трепет, чтобы защитить будущее Сезара.

Ему нужно столько всего организовать. И самое главное – убедить Татьяну остаться с ним.

Однако этой цели ему никогда не достичь, если ее отец будет злиться на него. Но, черт побери, он обязан обеспечить Сезару стабильность в жизни, которой у него самого никогда не было. Незаконнорожденный сын Тео – единокровный брат Жан-Пьера Дэмпси – страдал от последствий выбора их отца всю свою жизнь. Жан-Пьер не желает ничего подобного для Сезара.