Ничья в любовной игре

Я поняла, что он постарается загнать тебя в угол моим комментарием, и улизнула прежде, чем мой отец успел нажать на спуск и расстрелять меня на глазах у пяти тысяч фанатов.

Она посмотрела на лицо Жан-Пьера, освещенное огнями панели приборов, – великолепный профиль в резкой вечерней тени со свежей царапиной на щеке. Сегодня ему повезло, он легко отделался. Она провела в мире отца достаточно времени, чтобы знать, какую цену иногда приходится платить за славу игрока даже самым сильным мужчинам.

– Я сказал прессе, что ты пошутила.

 – Он бросил на нее взгляд, успев заметить указатель о приближении к тоннелю Линкольна.

– Конечно, пошутила. Я думала, что говорю с фанатом «Гладиаторов», вот и решила сострить. – Она из опыта знала, что ей не нужно ублажать эго этого мужчины, но ей не нравилась мысль о том, что он может подумать, будто она говорила это всерьез. – Вы с Анри стоите друг друга. Если бы вы сыграли друг против друга десять матчей, я бы поставила по пять на каждого.

– Очень щедро с твой стороны.

 – Он сбавил скорость, притормаживая в потоке машин у светофора. – И возможно, ты права, учитывая статистику домашних игр. Но вернемся к интервью. Я не просто сказал репортерам, что ты пошутила, но еще намекнул им, что ты будешь моим гостем на пустой неделе и что тебе не терпится навестить Луизиану.

Он произнес это бесцветным тоном, отчего она подумала, что ослышалась. Он не мог так поступить! Она ему больше даже не нравится! Он ясно дал ей это понять, когда в последний раз покидал ее дом.

– Нет. Ты. Так. Не. Сделал, – прерывисто произнесла она.

– Еще как сделал. А что я мог сказать, Татьяна?

– Я просто… – Она судорожно сглотнула. – Это невозможно.

– И все же мы должны устроить это шоу, поскольку твой комментарий поднял в прессе такую волну, что она отвлекает внимание от команды. Я не могу позволить этого. – Он поднял руку и ослабил галстук – настоящий плейбой в дорогой тачке.

– Ты не понимаешь… – начала было она, но он оборвал ее:

– Это ты не понимаешь.

 – Он съехал на Сорок второй улице. – У меня не было времени посоветоваться с тобой. Ты поставила меня в неловкое положение перед моей командой, лигой, прессой и фанатами.

– Ты прав. Это я понимаю.

Ее груди заныли под платьем, ей нужно было срочно возвращаться домой. Слава богу, все светофоры на Десятой авеню были зелеными, и они пролетели ее без остановок.

– Отлично. Ты уже приглашена на свадьбу моего брата. – Он начал спокойно излагать свой план.