Свидание в Скалистых горах

Они встречались всего несколько недель, когда на пальце Флер появилось кольцо, а Колин пообещал помогать ей деньгами, даже если их брак не заладится.

С чего еще Флер внезапно решила бы пожертвовать своими мечтами поступить в кулинарную школу и вместо этого выйти замуж за Колина?

– Согласна. – Флер понизила голос, когда мимо них прошли две женщины. – Я вряд ли смогу молчать, когда ты пытаешься обстряпать свои делишки у меня за спиной.

Яд в ее голосе не должен был бы удивить его, ведь они никогда не были друзьями.

Но, с другой стороны, может быть, он ошибался, думая, что она будет рада сбыть с рук бабушкино ранчо.

– Полагаю, ты имеешь в виду мой разговор с Ларк?

Он огляделся по сторонам, надеясь увидеть сестер Флер. Ему нужна была поддержка в этом разговоре, что он понял по опасному огоньку в глазах Флер. Если она откажется продавать ему ранчо, смогут ли ее сестры переубедить ее? Но поблизости не было ни Ларк, ни Джессамин.

– Естественно. – Она вскинула голову. – Ты мог бы сказать мне, чего ты хочешь, тогда, в «Ковбойской кухне».

А вместо этого сделал мне предложение поработать у тебя. Это для того, чтобы я прониклась чувством благодарности и продала тебе Крукт-Элм за смешную цену?

– Я готов дать хорошую цену, Флер, – уточнил он. – Я думал, что это сэкономит тебе время и силы, если я помогу тебе избавиться от ненужной собственности…

– Ненужной? – Она повысила голос. – Словно это было тяжелой повинностью – жить в единственном месте, которое я считала своим домом последние шестнадцать лет.

Может быть, я не продам ни акра, пока не буду готова.

Ее глаза сверкали, и по тому, как она закусила губу, Дрейк понял, что она уже жалеет о том, что позволила ему увидеть свои чувства.

Она повернулась и отошла от него, и, как бы ему ни хотелось продолжить этот разговор, он понимал, что поминки – не слишком подходящее для этого время. И тут тяжелая рука легла ему на плечо.

– Что это я слышу про какие-то продажи? – услышал он чрезмерно добродушный мужской голос.

Повернувшись, Дрейк встретился взглядом с цепкими темными глазами Матео Баркли, отца Флер. Единственный сын Антонии был одет в сшитый на заказ темный костюм и итальянские ботинки, резко контрастирующие с ковбойскими сапогами, в которые были обуты все присутствующие в зале мужчины. А рядом с ним стояла его дочь Джессамин в черном пиджаке и черной юбке-карандаш. Ее темные вьющиеся волосы были собраны в высокий пучок.