Ты сильнее своих страхов

Мы набрали дров, сложили их рядом с шалашом. Осталось только принести спички и картошку. Я побежала в дом, набрала картошки, взяла на кухне спички и газету. Потом подложила газету под дрова и чиркнула спичкой. Огонь разгорелся очень быстро. Даже слишком! «Наверное, мы положили очень много дров», – успела подумать я, как вдруг пламя перекинулось на шалаш. Нам пришлось отбежать в сторону.

Мы стояли и в ужасе смотрели, как пылает матрас. Костёр развели слишком близко, и языки пламени моментально захватили наше убежище.

Катя заревела, Мишка стоял, открыв рот, Лилька почему-то хохотала. Мне стало страшно! Я подумала, что сейчас огонь переберётся на дровяник и на сарай, а потом и дом загорится. Что я наделала!

Я дико закричала:

– Пожар! Что вы стоите? Тушите! Сейчас здесь всё загорится!

Мы побежали в дом, схватили вёдра и чайник. Во дворе стояли бочки с водой для полива, но они были слишком высокие. Я перевернула ведро, встала на него и набрала воды в чайник. Мы носились от бочек к огню и отчаянно с ним сражались.

А Лилька продолжала нервно хохотать.

Мне было страшно за ребят, ведь они могут из-за меня пострадать, за бабушку, которая сейчас останется без дома…

Пожар потушили. Перепачканные и уставшие, мы смотрели на то, что осталось от нашего шалаша. Меня трясло, но главное – огонь остановлен!

Я как во сне побрела в дом, грязная, в руке качался закопчённый чайник. Навстречу шла с работы бабушка.

– Бабушка, бабушка! У нас был пожар, сарай чуть не загорелся! – кричала я, зарыв лицо в бабушкину юбку.

– Иди умойся и успокойся. Всё прошло. Что ты, Саша? – испугалась бабушка.

Я так ревела, что даже начала икать. Бабушка не стала меня ругать. Она только сказала, что всё в порядке, никакого пожара больше нет.

Через несколько дней за мной приехали родители и увезли в город. Лето заканчивалось, скоро в школу. А мои страхи только начинались. Я боялась, что в деревне, на той полянке, на месте костра ещё могут остаться опасные угольки.

«Вдруг они разгорятся, бабушка будет на работе, а прабабушка ничего не услышит и тогда…» – в ужасе думала я.

Моё воображение рисовало самые страшные картины. Я задавала вопросы родителям, может ли костёр разгореться спустя какое-то время. Маме было некогда, а папа потребовал, чтобы я не говорила глупости.

Днём я немного забывалась, но вечером, когда ложилась спать, зажмуривалась от страха, представляя ужасный пожар. Долго не могла уснуть, потому что переживала за бабушку.