Неандертальцы. Иное человечество

Нильс Бор

Возможно, настоящий неандерталец, попав в наш мегаполис, вел бы себя странновато – медлил бы, как неотесанная деревенщина, затравленно смотрел бы по сторонам, как заблудившийся зверь, но в остальном он проявлял бы и смекалку, и логику, и художественный вкус.

И все же, и все же, если бы мы вгляделись пристально в неандертальца «во плоти и в джинсах», что-то в его облике вскоре нас напрягло бы. Мы вряд ли взялись бы на ощупь изучать строение его черепа, выискивая Torus occipitalis и тому подобное, а заподозрили бы неладное по другим – броским – внешним признакам.

Сразу несколько странных черт замечалось бы при одном лишь взгляде на него. Все они – и надглазничный валик (Torus supraorbitalis), и массивные, выдвинутые вперед челюсти, и отсутствие подбородочного выступа – придавали неандертальцу очень архаичный вид, резко отграничивая его от современных людей, чьи формы, признаемся, заметно сглажены эволюцией (впрочем, слабо выраженный надглазничный валик имелся и у ранних гомо сапиенс).

Череп неандертальца имел продолговатую форму. Лоб был плоским и покатым – особенно из-за высоких надбровных дуг, тогда как у человека современного анатомического типа лоб высокий, круто взбегающий вверх.

На лицевой части черепа неандертальца сразу приковывали внимание две массивные костные арки, окаймлявшие его глаза. Эти арки соединялись друг с другом, образуя один мощный надглазничный валик. Наряду с низким лбом он производит неприятное впечатление на всех, кто впервые всматривается в портрет неандертальца.

Этот человек кажется ущербным, недоразвитым, тупым.

Сами глаза крупнее, чем у гомо сапиенс. Очевидно, неандертальцы лучше, чем наши предки, видели в темное время суток, а потому могли охотиться и собирать съестное даже в сумерках.

Заметно отличался от нашего и нос неандертальца. Он был большим, мясистым, с крупными и довольно широкими ноздрями. Переносица тоже выглядела широкой и очень крепкой.

По мнению ряда исследователей, подобное строение носа помогало нашим «кузенам» приспособиться к суровым климатическим условиям, характерным для Европы в ледниковом периоде.

Это позволяло поддерживать температуру тела на одном уровне, защищало его внутренние органы (прежде всего легкие) от переохлаждения (например, S. Wroe et al. «Proceedings of the Royal Society B». 2018, № 1876; авторы этой публикации смоделировали на компьютере, как лицевой отдел черепа неандертальца адаптировался к низким температурам).