100 великих мистических тайн

– Иду с телефоном на кухню, – ответил он, – и сейчас буду…

Но девочка снова перебила его:

– Неужели есть такие телефоны, которые можно переносить с места на место? Никогда не слышала об этом. – В голосе ребенка слышалось явное удивление.

Заинтригованный таким поворотом в разговоре, Илья осторожно спросил:

– А какой телефон у тебя?

– Как и у всех, самый обыкновенный. Висит на стенке возле шкафа. А вы пошли на кухню, потому что вам захотелось есть?

– Совсем нет. Просто люблю стоять у окна и любоваться огнями вечернего города.

Девочка с нескрываемой обидой в голосе проговорила:

– Зачем меня обманывать? Ведь в городе сейчас затемнение. А электричество давно отключили. – Девочка на секунду замолчала. Затем, глубоко вздохнув, продолжила: – И мамы что-то долго нет. А вы инвалид, да?

Разина бросило в холодный пот.

– Разве сейчас война? – машинально произнес он.

Девочке ответила, но слегка дрогнувшим голосом:

– А вы разве не знаете? На нас же напали фашисты!

Разин почувствовал легкое головокружение.

– Нина, а какой сейчас год?

– Сорок третий…

И в этот момент детский голос в трубке пропал, а вместо него послышались короткие гудки.

Телефонный аппарат иногда может соединить нас с прошлым

Пришел Илья в себя, когда снова зазвонил телефон. Подняв трубку, он услышал голос своей возлюбленной:

– Где ты был? Я уже несколько раз звонила тебе. Но твой номер был занят…

А вот еще одна история, которая в определенной степени перекликается с предыдущей.

С эхом минувшей войны пришлось столкнуться и жителям белорусской деревни Дубовый Лог. А случилось все ночью. Внезапно посреди сонной тишины раздались чередующиеся резкие звуки, которые напоминали автоматные очереди.

Первым, кто обратил внимание на странные звуки, был тракторист местного колхоза Владимир Ярош. Не мешкая, он быстро разбудил супругу и детей и приказал им спускаться в погреб. Сам же отправился в сени, где у него хранилось двуствольное охотничье ружье.

Загнав в стволы по патрону, Владимир забрался на чердак и сквозь небольшое окошко стал пристально всматриваться в темноту. И вдруг рядом с забором он заметил несколько темных пригнувшихся фигур, которые короткими перебежками перемещались в сторону центра деревни.

Ярошу было впору креститься или щипать себя за ухо. Действительно, такое он видел только в кино, и думать, что это происходит наяву, было одновременно и страшно, и интересно.