Выдача преступников

Международное право (в систематическом изложении) / Пер. В. Э. Грабаря. Юрьев (Дерпт), 1912. С. 328–329; Сборник заключенных Россией действующих конвенций о выдаче преступников и о непосредственных сношениях русских пограничных судебных учреждений с иностранными судебными местами: Особое приложение к настольной книге криминалиста-практика. СПб., 1908.]

В целом же с 1866 по 1911 г., т. е. за 45 лет, Россия заключила 24 соглашения о выдаче, связавшие ее едва ли не со всеми западноевропейскими странами, включая Великобританию (1886), Португалию (1887), Испанию (1888), Великое Герцогство Люксембургское и Швейцарию (1892), Нидерланды (1893), Данию (1909),[45 - Одно из немногих исключений составляла Франция, дипломатия которой практически до конца XIX в.

отметала всякую возможность заключения с Россией каких-либо договоров.] а также с рядом стран других континентов, в том числе с Конго и Перу (1886), Северо-Американскими Штатами (1887), Японией (1911) и др. Войдя таким образом в третий период (пусть даже с некоторым опозданием по сравнению с Западной Европой), Россия довольно быстро сумела ликвидировать отставание от европейского процесса развития экстрадиции, причем не только в количественном отношении, но и в качестве юридической проработки договорных и национальных норм, обеспечивающей их соответствие мировому уровню экстрадиционной практики начала XX в. [46 - Одним из подтверждений тому служит закон Российской империи «О выдаче преступников по требованиям иностранных государств», который, по оценке К. С. Родионова, можно смело отнести к числу весьма удачных, ибо по своим достоинствам «его нормы не уступают, а может быть, и превосходят нормы наших законов и договоров, образующих сегодня правовую базу Российской Федерации» (Родионов К. С. Закон Российской Империи 1911 г. об экстрадиции. С. 80).]

С Октябрьской революции 1917 г. начинается новый этап российской истории. От этой даты можно было бы отсчитывать и четвертый период отечественной истории договорных отношений по вопросам выдачи.

Но только номинально. Фактически же за несколько первых десятилетий власти Советов институт экстрадиции не получил никакого развития. Теоретические изыскания, касающиеся международного сотрудничества в борьбе с преступностью, были свернуты, а реальные международные связи в сфере оказания правовой помощи по уголовным делам – прерваны. Этот период «экстрадиционного безвременья» объясним состоянием изоляции, в котором оказалась советская Россия, а затем и Советский Союз.