Виновница счастья – зима

 – я отвечала практически на автомате уже не надеясь, что этот разговор когда-нибудь закончится.

– Наверное, отвлекаю тебя от дел насущных. Рад очень был услышать твой голос. Пока. – дождавшись моего ответа, Владимир положил трубку, оставив о себе двоякое впечатление.

С одной стороны я не видела в этом разговоре ничего необычного, но с другой – с чего бы ему так любезничать со мной? О какой прогулке он вообще заикнулся? Я бы точно не повела его ночью по достопримечательностям города. Это просто безумие какое-то.

Что бы я сказала отцу?

Я совсем отвлеклась от работы и не могла уже собраться. День тянулся медленно, а мысли скользили быстро. Я натянула вечером пуховик и побрела вниз по лестнице, предвкушая расслабляющую ванну дома. Все-таки у человека должны быть маленькие традиции или ритуальчики, которые могли бы ежедневно приносить такие же маленькие радости. Это мотивирует в течение всего дня.

На следующее утро я обнаружила на своем рабочем столе стакан с горячим ванильным кофе и кусочек грушевого пирога.

В небольшой записке рядом было буквально пару слов быстрым почерком: «Доброе утро». Я не сразу поняла, что произошло. Но допивая кофе меня осенило, – это было резкое сокращение дистанции, на которое я согласия не давала, – но разве кто-то спрашивал?

Когда я оглянулась и вопросительно посмотрела на Сашу Долецкую, которая сидела недалеко от моего рабочего места, то поняла, что весь кабинет жужжит. А причиной этого жужжания стало как раз маленькое сладкое наслаждение.

Пчелиный улей оживился, такое количество внимания мне совсем не понравилось.

Оказалось, что кофе с тортиком мне доставил курьер. Ничего личного он соответственно не передавал, поэтому я могла быть спокойна в том плане, что никто не узнает адресанта.

– Сонь, у тебя появился в компании поклонник? – с нетерпением начала допрос маркетолог.

– Ой, Саш, даже не представляю, кто же это может быть. – хотя была практически уверена в том, что сам мистер Ершов задумал такую подлость.

– Интересно, конечно. Приятного тебе аппетита. – с ехидной ухмылкой вернулась к своим обязанностям Долецкая.

Если они подумают, что это кто-нибудь со склада, то вообще прекрасно. Это не грозит мне ничем, кроме небольшого сочувствия со стороны коллег женского пола. Я должна им немного подыграть, чтобы этот вопрос перестал всех интересовать. А если интерес к этой загадке снизится, то и к моей персоне соответственно.