Рискованное приключение

Спасая свою жизнь, она бросилась прочь молясь и надеясь, что бежит в нужную сторону.

Мужчина подавил крик боли, и теперь она слышала за собой только топот его ног. Или это кровь с такой силой стучала в ее ушах?..

Запыхавшись, Эльф совсем заблудилась среди извилистых тропинок и уже подумывала, не забраться ли опять в кусты. Но тяжелое дыхание ее преследователя становилось все ближе.

Где же люди? Кто угодно. Она готова была кинуться сверху на совокупляющуюся парочку, только бы найти защиту, обрадовалась бы, встретив даже капитана.

На секунду остановившись у развилки трех тропинок, Эльф перевела дыхание и прислушалась. Ее сердце стучало так громко, что она с трудом уловила отдаленные звуки оркестра. Но людей поблизости не было.

Бросив безумный взгляд назад, она увидела, что преследователь настигает ее. Отчаяние придало ей силы, и девушка понеслась на звуки музыки.

Завернув за поворот, Эльф увидела свет. Впереди сияла тысячами огней, как земной рай, заполненная народом южная аллея, но всего в нескольких шагах за собой она слышала хриплое дыхание.

Рука вцепилась в ее плащ. Она рванула его и помчалась дальше, сжимая в руке кинжал. Сердце было готово разорваться в ее груди. Она бы умерла, если бы остановилась. Возле самых огней какой-то человек обернулся к ним. Темный силуэт возник на фоне света от фонарей. Высокий мужчина в темной одежде. Ей все равно, кто он.

– Помогите! – закричала она и бросилась ему на грудь.

Непроизвольно руки джентльмена обхватили ее, когда он качнулся от столкновения.

– Слава богу! – выдохнула девушка, кинувшись в объятия графа Уолгрейва.

Она спасена!

Спасена…

Припав к его груди, Эльф никак не могла отдышаться.

– Она все слышала, – пропыхтел сзади голос с шотландским акцентом. – Она должна умереть.

Глава 3

Эльф замерла от ужаса, сообразив наконец, кому принадлежал надменный, казавшийся таким знакомым голос.

Но в этом не было никакого смысла.

Что могло вынудить одного из самых богатых и влиятельных людей королевства связаться со Стюартами и мятежниками? Тут леди Маллоран вспомнила, что во время событий 1745 года его отец сочувствовал якобитам. Подобное безрассудство дало Ротгару власть над старым графом, которая в конечном итоге довела того до безумия.