Самый неподходящий мужчина

Если, конечно, ему удастся убедить ее согласиться отправиться в Чейнингс в качестве милой компаньонки Дженивы Смит.

Он не сможет выдержать это на пустой желудок. Отправившись в столовую, Фитц обнаружил там Эша и Джениву, сидящих рядышком с таким видом, словно вполне могут питаться одним воздухом, пока вместе. Лорд Брайт Маллорен, брат Родгара, тоже находился за столом, но сразу после прихода Фитца извинился и ушел.

Совпадение? Или лорд Брайт был временным телохранителем даже здесь, в Родгар-Эбби?

Глава 5

Когда Дамарис вернулась в свою комнату, энергия отчаяния, которая бурлила в ней целое утро, вся вытекла.

Бо?льшую часть предыдущего дня она проспала под влиянием опия. Это и неизбежность краха почти всю ночь не давали ей уснуть. Силы ее истощились, и, кратко поведав Мейзи новости, девушка сняла верхнюю одежду, забралась в постель и уснула крепким сном. Проснулась она от того, что Мейзи трясла ее.

– Без четверти час, мисс. Вам пора вставать.

– Зачем? Обед только в три.

– Да, но заходил этот Фитцроджер и сказал, что в два вы должны идти с ним на состязание по фехтованию.

Часть вашего плана – показать, что вы не переживаете из-за Эшарта. Хоть я и не думаю, что вам стоит связываться с этим типом. Он охотник за приданым как пить дать.

– Лорд Эшарт? – спросила Дамарис, нарочно притворившись, что не поняла, о ком речь. – Ну разумеется. Точнее, был им.

– Фитцроджер! – воскликнула Мейзи. – А это записка от маркизы, ее слуга сказал, что это срочно. Он ждет за дверью.

Дамарис села, протирая глаза.

– Что ей нужно?

Она развернула сложенную бумагу и обнаружила короткий приказ немедленно явиться в комнату вдовы. Дамарис подумала было отказаться, но решила не демонстрировать своего страха перед деспотичной старухой и выбралась из постели.

– Сейчас я снова облачусь в свою дорожную одежду, но приготовь что-нибудь к тому времени, как я вернусь. – Она поспешно натянула тяжелую юбку и стеганый жакет, перебирая в уме свой гардероб. – Осенний закат.

«Осенний закат» – цветистое название, данное портнихой за рыжевато-розовый цвет шелка, из которого было сшито платье. Здесь Дамарис еще не надевала его. Чувствуя себя неуверенно в новом для нее мире, она выбирала более приглушенные тона.

Однако сегодняшний день, как никакой другой, требовал смелости.

– Ваши волосы растрепались, мисс, – сказала Мейзи.

Дамарис села, чтобы служанка привела их в порядок.

– Поторопись. Позже причешешь меня как следует.