Искра соблазна

– Чертенок, только не пытайся меня убедить, будто не умеешь вертеть своей служанкой так, как тебе хочется. Когда ты попадешь домой в целости и сохранности и заверишь ее, что выучила свой урок, она сделает все, что ты захочешь. Но ты должна заверить в этом и меня. Если же нет, то мне придется самому все рассказать твоему отцу.

Мара не могла ни о чем думать, когда его руки прикасались к ее рукам, так что просто смотрела на него, моргая и стараясь, чтобы не пролились подступившие к глазам слезы.

– Я серьезно, – сказал он.

– А? Да, конечно! Я хочу сказать, что я выучила свой урок.

Но она, говоря это, имела в виду совсем другое. Мара вдруг поняла, что его руки, такие теплые и сильные, были чудесными. Что Дэр, которого она считала почти что братом, был необыкновенным. Что она хотела остаться здесь, с ним.

Нет. Невозможно.

Но она может увидеться с ним снова. Скоро. Завтра.

Мара посмотрела на него, постаравшись придать глазам выражение наивного ожидания.

– Мне было бы проще вести себя хорошо, если бы… если бы у меня был эскорт.

«Согласись, Дэр, согласись!»

Он отпустил ее руки.

– Я не посещаю светские рауты.

– О, но я не имею в виду «Олмак» или что-нибудь в этом роде. – Она постаралась быстренько подыскать какое-нибудь нейтральное место. – Для меня даже прогулка в Гайд-парке – настоящее приключение.

Он внимательно посмотрел на нее, учуяв подвох, но неожиданно согласился:

– Очень хорошо.

– Завтра?

– В десять.

Вообще-то она хотела пойти туда после обеда, когда в Гайд-парке собирается весь свет, но для первого раза сойдет и утро.

– Спасибо! – Мара озарила его своей самой яркой улыбкой. Она уже давно поняла, что ее улыбка является мощным оружием. Возможно, он даже моргнул.

– Если ты готова, то давай доставим тебя обратно к Элле. – Он посмотрел на ее ноги и платье, волочащееся по земле. – Не думаю, что ты сможешь дойти туда пешком.

Его практичность подействовала на нее как холодный душ.

– Наверное, нет, извини. Ты мог бы вызвать карету?

– В такое время? Придется тебе ехать верхом.

Мысль о том, что он мог бы ее отнести, была очень соблазнительной, и ноги болели, но Мара решила не злоупотреблять его вниманием.

– Разумеется.

Он взял свечу и отдал ей одеяло.

– Ты завернешься в него, если мы вдруг встретим слуг. Потом бросим его на улице. Может, кому-то оно пригодится.

Она накинула одеяло на плечи и, проходя мимо зеркала, бросила быстрый взгляд на свое отражение.