Искра соблазна

Она поднялась по лестнице под руку со священником, сгорая от нетерпения поскорее увидеть зал, который должен быть одним из самых элегантных в мире.

Войдя в ложу, она остановилась, с восхищением осматривая все вокруг. Над партером возвышались четыре ряда лож во всем своем золотом великолепии. Зрители сияли в газовом свете. Раскачивались перья, взмахивали веера, а брильянты сверкали в лучах света.

– Я выгляжу настоящим гадким утенком, – сказала Мара без особого беспокойства Элле, садясь рядом с ней.

 – Веер, никаких перьев. В прическе только цветы, жемчуг на шее. Никакого шика.

Преподобный Скилли тут же наклонился вперед:

– Вы идеал девичьей скромности, леди Мара.

Мара встретилась взглядом с Эллой и почувствовала, что вот-вот рассмеется.

– Идеал? Как мило!

Но она явно недооценивала впечатление, которое произвела своим появлением. Некоторые мужчины даже подняли лорнеты, чтобы получше рассмотреть ее, – высшая степень заинтересованности. Она заметила какое-то движение внизу и посмотрела в партер, ожидая увидеть там еще одного поклонника.

Так и оказалось, хотя этого воздыхателя лучше бы здесь не было!

Баркстед!

Он даже встал, увидев ее, чем привлек внимание своих соседей. Маре было не по себе, что на нее пялится столько народа. Она нахмурилась, пытаясь внушить ему, что он должен сесть на место. Но вместо этого он приложил правую ладонь к сердцу и поклонился.

Мара отвернулась, щеки ее пылали. Казалось, никто в ложе этого не заметил, возможно, большая часть зрителей даже не поняла, что произошло.

Но как это невыносимо! А что, если у него хватит наглости подняться в ложу? Он ведь хорошо знает Джорджа.

Но вскоре свет выключили, и Баркстед был лишен возможности на нее таращиться. Слава Богу!

Мара попыталась получить наслаждение от спектакля, но он ее разочаровал. «Выбор леди» звучало так многообещающе. Она тут же вспомнила, как жаловалась Дэру на книги, чья задача – нравоучать. В этой пьесе также заключался урок – что девушки должны предоставлять право выбора супруга своим отцам.

Мара надеялась, что в дальнейшем героиня взбунтуется, но понимала, что это маловероятно.

Во время антракта они, не обращая внимания на танцоров, заполнивших сцену, покинули ложу, чтобы прогуляться по живописной галерее. На этот раз Мара пошла под руку с капитаном Скилли, одаряя своей благосклонностью всех в равной степени.

– Неплохая пьеса, – сказал он. – Никаких наростов.