Счастье под запретом

Серена, конечно, абсолютно неподходящая претендентка в жены, к тому же не сможет родить ему наследника.

– Что, дело и впрямь такое заковыристое? – раздался знакомый голос.

Френсис резко обернулся.

– Николас! Какого дьявола ты тут?..

Николас Делани, довольно небрежно одетый, красивый блондин, вошел в комнату и закрыл за собой дверь.

– Получил загадочное послание от твоей матушки. Сам факт, что она вообще обратилась ко мне, тут же поджарил мне пятки, и вот я здесь. В чем дело?

– Письмо от моей матери? – эхом повторил Френсис, понимая всю необычность такого поворота событий.

Что вынудило мать на такой шаг? Она всегда неодобрительно и ревностно относилась к дружбе Френсиса с Николасом.

Френсис подумал, не было ли все это непонятное приключение каким-нибудь хитрым, макиавеллиевским планом матери навсегда рассорить его с Николасом. Конечно, это просто смехотворно. Но поведение матери выглядело крайне подозрительным.

– Угу, от леди Мидлторп, – согласился Николас, снимая огромный плащ.

 – Надеюсь, ты не против моего присутствия, потому что я все равно не двинусь с места, пока не посплю.

– Разумеется, я рад видеть тебя, но мне очень неловко, что тебе пришлось совершить бессмысленную поездку. Я здесь по очень простому делу. Что тебе написала моя матушка?

Николас вручил ему листок бумаги.

«Мой дорогой мистер Делани!

Френсис отправился в Веймут, чтобы встретиться там с одним джентльменом в «Короне и якоре». Я очень беспокоюсь из-за возможных последствий и очень надеюсь, что ваше присутствие там внесет разумную струю.

Корделия Мидлторп».

– Какая муха ее укусила? – произнес озадаченный Френсис. – Она думает, что я не в состоянии без твоей помощи справиться со свихнувшимся учителишкой?

Николас рассмеялся.

– Если вспомнить полусвихнувшихся учителей наших школьных дней, то, может быть, она и права. Ты помнишь Симмонса? Как он гонялся за Дарием с кнутом после одной забавной шутки! Ты заказал ужин? Да? Тогда я попрошу удвоить заказ.

Я умираю от голода.

Френсис открыл дверь и громко позвал хозяина гостиницы. Через минуту заказ был принят, а в комнату принесли кувшин горячего пряного пунша.

Николас устроился в кресле у огня со стаканом в руке.

– А теперь расскажи мне, из-за чего весь сыр-бор?

– Да ничего особенного, – холодно ответил Френсис.

– А-а, – чуткий Николас не стал настаивать, но Френсис перехватил изучающий взгляд друга.