Другая жизнь

Она повернулась и посмотрела на меня, и я вдруг подумал: интересно, а видно ли со стороны, как быстро шарашит пульс под кожей?

– Издеваешься, да?

– Ни капельки. Просто хочу сгладить эту нелепую ситуацию.

Она встала.

– И поэтому издеваешься.

Я миролюбиво вскинул руки:

– Слушай, разговор явно зашел куда-то не туда. Давай отмотаем назад и все проясним спокойно.

Она схватила сумку, лежавшую на том же месте, куда она ее бросила, когда мы вошли в комнату полчаса назад, осыпая друг друга ласками и поцелуями.

– Вы все одинаковые. Ищете себе вторую мамашу. Мало вам одной, что ли? – раскрасневшись, выпалила она.

Ее слова будто застыли в воздухе. Выждав немного, я проговорил:

– Да нет. Вполне достаточно.

Она стала торопливо искать в сумочке ключи.

– Чувствую себя неважно. Надо было сразу ехать домой.

– Давай я тебя провожу.

– Не утруждайся, – сказала она и пулей выскочила за порог.

А через минуту снаружи хлопнула дверь машины. Ненадолго все стихло, потом заревел двигатель – и Анна уехала.

* * *

Через пару дней мы с ней вышли на работу в одну смену. После ссоры мы не обмолвились ни словом, и в кинотеатр я зашел в наушниках, не поднимая глаз. Я видел расписание дежурств и знал, что на этой неделе Анна работает за кассой, и, пока шел через фойе, отчетливо чувствовал на себе ее взгляд.

Когда я выходил из раздевалки, ко мне метнулась рука и притянула к шкафу, стоявшему неподалеку. Анна захлопнула дверь, приникла ко мне всем телом и прижала к стене.

– Прости меня, – прошептала она, целуя мои губы. – Мне так стыдно, что я наговорила тебе всякого… Сам понимаешь…

Да, я понимал.

– А ты всегда само спокойствие! – сказала она. – Даже когда я себя веду как последняя сука, ты все равно покорный и невозмутимый, просто сил никаких нет! У меня аж зла не хватает!

Я ощутил жар ее тела, и что-то внутри вдруг надломилось. Я повалил ее на кучу мешков с зерном для попкорна, чувствуя, как она извивается подо мной.

– Стой, – выдохнула она мне на ухо, и мои руки замерли. Некоторое время я еще лежал на ней, восстанавливая дыхание и унимая безумие, вспыхнувшее в теле.

Когда я наконец поднялся и протянул ей руку, она крепко ее сжала. Какое-то время мы стояли молча, глядя друг на друга и тяжело дыша, а потом принялись оправлять одежду.