Другая жизнь

На стенке буфета в столовой крупным витиеватым курсивом было написано «ЕШЬ!», над кухонной плитой значилось «СТРЯПАЙ!», а в гостиной красовалось вышитое «ОТДОХНИ!». В ванной над входом я прочел надпись «ИСКУПАЙСЯ», выведенную синей краской – в тон двери. На подоконнике стояла миска, полная морских камешков.

– Мать привозит камни с каждого пляжа, – пояснила Анна и, взяв один из камешков, перевернула его, продемонстрировав надпись, сделанную черным маркером. «Барбадос, 98».

Мне вдруг стало интересно, есть ли у них бассейн.

В таких домах они обычно бывали. По пути сюда я остановился купить холодного пива в газетном киоске, на который повесили билборд с надписью: «Животных в зоопарке мажут солнцезащитным кремом и угощают замороженными фруктами». «Скорее бы пошел дождь, – сказала какая-то дама продавщице. – А то у меня латук гибнет».

Я пошел за Анной наверх, накрыв ладонью ее ладонь, скользившую вверх по перилам. Прикосновение ее руки и холодного металла раззадоривало, и я, осмелев, вытянул вторую руку и коснулся ее обнаженной талии.

На верхней ступеньке Анна остановилась, и я обнял ее, прижал к себе и поцеловал изгиб шеи. В тот миг я чувствовал свою власть над ней, чувствовал, как она обмякла у меня в руках. Я знал, что она хочет меня не меньше, чем я ее.

– Погоди, – сказала она и отстранилась. – А как же наша экскурсия? Ты что, забыл?

Она распахнула соседнюю дверь.

– Комната любимого братца.

За дверью появились безупречно заправленная кровать и стена, увешанная неровным строем с виду очень дорогих гитар.

Спальня выглядела пустынной, казалось, тут уже давно никто не жил.

– Брат за границей, – пояснила Анна. – Служит там, где велика нужда.

– То есть?

Она закрыла дверь.

– А, забудь.

Она остановилась у порога следующей комнаты и посмотрела на меня:

– А это моя комната.

Спальня Анны была раз в пять больше моей. Пол выстелен точно таким же светлым ковром, как и в остальной части дома, но стены выкрашены в ярко-алый, и это сразу бросалось в глаза.

– Мать их терпеть не может, – злорадно проговорила Анна. Посреди спальни высилась одноместная кровать, а рядом с ней приткнулся туалетный столик с зеркальцем, к которому Анна прикрепила поляроидные снимки с вечеринок. Анна с друзьями, Анна на танцполе, позирует, широко раскинув руки, Анна у своей машины красуется с ключами в одной руке и бокалом шампанского в другой. Весь стол был завален косметикой и украшениями, а посреди этого хаоса возвышалась стопка книг.