Отдел деликатных расследований

Мыслительный процесс предваряет вербализацию, а вербализация предваряет принятие решения. Я, конечно, всецело это одобряю, но мы с вами здесь для того, чтобы выяснить, о чем вы думаете, когда вы не думаете. Другими словами, мы пытаемся понять, что происходит у вас в подсознании. Потому что именно за этим…

Ульф кивнул.

– Да, знаю. Я понимаю. Я просто сказал: «Сёрен», потому что не совсем понял, что вы имеете в виду. Хотелось удостовериться.

– Я имел в виду «Сёрен». Имя. Сёрен.

Ульф задумался. Имя «Сёрен» не значило для него ничего.

Скажи доктор Свенссон «Харальд» или «Пер», он ответил бы «хамло» или «зубы», потому что именно это пришло бы ему в голову. Так звали двух мальчишек у него в классе, так что, скажи доктор Свенссон «Харальд», он, наверное, ответил бы «хамло», потому что хамлом Харальд и был. А услышав «Пер», Ульф ответил бы «зубы»: у Пера была щель между передними зубами, потому что его родители были бедны и не могли позволить себе услуги ортодонта.

И тут, довольно внезапно, до него дошло, и он сказал:

– Кьеркегор.

Это явно пришлось доктору Свенссону по душе.

– Кьеркегор? – переспросил он.

– Да. Сёрен Кьеркегор.

Доктор Свенссон улыбнулся. Консультация близилась к концу, а ему нравилось завершать сеанс на глубокомысленной ноте.

– Если не возражаете, можно спросить: почему Кьеркегор? Вы его читали?

Ульф ответил утвердительно.

– Надо же, – сказал доктор Свенссон. – Кто бы мог подумать, что… – тут он осекся.

Ульф выжидательно смотрел на него.

Доктор Свенссон тщетно попытался скрыть, насколько он смущен.

– Я не имел в виду… понимаете ли, я не хотел, чтобы это прозвучало вот так.

– Может, это ваше подсознание? – мягко спросил Ульф. – Оно заговорило.

Психотерапевт улыбнулся:

– Я собирался сказать – но вовремя остановился, – что никак не ожидал, что полицейский станет читать Кьеркегора. Это необычно, не правда ли?

– Вообще-то, я – следователь.

Доктор Свенссон опять смутился:

– Да, конечно!

– Хотя следователи, в сущности, – те же полицейские.

Доктор Свенссон кивнул:

– Как и судьи, и чиновники, и политики тоже, я полагаю. Все, кто указывает нам, как поступать, – в сущности, полицейские.

– Но не психотерапевты.

Доктор Свенссон рассмеялся.

– Психотерапевт не должен указывать вам, как поступать. Психотерапевт должен помочь вам понять, почему вы поступаете так, а не иначе, и дать возможность прекратить это делать – если вы этого захотите.