Домашние правила

Я влюбилась в своего лучшего друга и знаю, что мы никогда не будем вместе… Как мне забыть его?

Мой парень ушел и оставил меня с четырехмесячной дочерью. Помогите!

Может ли быть депрессия у человека в четырнадцать лет?

Две вещи нравятся мне в этой колонке: во-первых, письма туда – это постоянное напоминание, что моя жизнь не такая паршивая, как у других, а во-вторых, кажется, что хотя бы у одного человека на свете есть ответы на все вопросы. Тетушка Эм всегда подсказывает самые разумные решения, как будто величайшие загадки бытия разрешаются путем хирургического отрезания эмоционального компонента и рассмотрением одних только голых фактов.

Ей, вероятно, лет восемьдесят, и живет она со стаей кошек, но, по-моему, Тетушка Эм стала бы отличным копом.

Последнее письмо удивляет меня.

Я замужем за прекрасным человеком, но никак не могу забыть своего бывшего и все время думаю: не совершила ли я ошибку? Стоит ли мне сказать об этом ему?

Глаза у меня расширяются, и я невольно смотрю на подпись.

«Спокойно, Рич», – мысленно говорю себе, тянусь к бутылке пива и уже собираюсь сделать первый блаженный глоток, как вдруг звонит мобильник.

– Мэтсон, – отвечаю я.

– Капитан? Простите, что дергаю вас в выходной.

Это Джой Уркхарт, новобранец-патрульный. Наверное, мне кажется, но, по-моему, новые полицейские год от года становятся все моложе; этот, вероятно, до сих пор спит в памперсах, а звонит мне не иначе как спросить, где у нас в участке хранится туалетная бумага или еще какую-нибудь подобную глупость.

– …Мы тут получили рапорт о трупе и решили сообщить вам.

Я мигом настораживаюсь. Задавать ему вопросы вроде есть ли признаки насильственной смерти или речь идет о суициде, не стоит. Сам разберусь.

– Где?

Патрульный диктует адрес по главному шоссе, рядом с территорией заповедника. Это место зимой популярно у лыжников и любителей ходить на снегоступах.

– Уже еду, – говорю я и вешаю трубку.

Бросаю последний страждущий взгляд на невыпитое пиво и выливаю его в раковину. Потом беру в прихожей куртку Саши, ищу там же ее сапожки, но их нет, на полу в спальне тоже. Сажусь на край дочкиной кровати и шепчу:

– Эй, малышка. Папе нужно идти на работу.

Саша моргает глазами:

– Но сейчас ночь.

Формально говоря, сейчас полдесятого вечера, но время относительно, когда тебе семь лет.

– Знаю.