Магия пищи. Ритуалы и подношения. Почему мы едим вместе?

Важно отметить, что там обнаружены также очаги, где готовилась пища, и останки моллюсков, съеденных древними людьми. Возможно, самые известные наскальные рисунки, сделанные в Ласко, Франция, изображают сцены охоты как в ритуальном, так и в духовном плане. Сама охота – это ритуал, связанный с едой, и он до сих пор практикуется во всем мире. Кульминация охоты, убийство, также связана с традициями и ритуалами, и, хотя мы не можем точно знать, как древние люди отмечали успешную охоту, можно предположить, что они определенно делали это.

Можно только догадываться о древних ритуалах, связанных с пищей. Охотников, возвращающихся с хорошей добычей, встречали радостными возгласами и улыбками. У общего костра можно было рассказывать об опасной и захватывающей охоте, когда ее «результаты» передавались по кругу. Мне хотелось бы думать, что люди давали оценку приготовившим еду и хвалили их мастерство, наслаждаясь зубром в собственном соку с восхитительным водяным крессом, собранным в соседнем ручье.

Последний пункт может быть небольшой натяжкой, но вы видите, к чему я клоню: когда люди устраивали собрания, они ели вместе. Это одна из главных причин, почему они жили группами, и выжили в значительной мере благодаря этому. Какими бы ни были способы общения наших древних предков, общаться они умели. И если они говорили о еде и устанавливали правила насчет того, кто ест первым, кто из членов группы потрошит добычу и кто участвует в охоте, и затем спорили, кто должен наполнить череп мастодонта мыльной водой и пойти мыть посуду, то они участвовали в какой-то форме пищевого ритуала.

Глава 1. Шумеры

Теперь сделаем огромный скачок вперед по человеческой шкале времени из эпохи палеолита в относительно недавнее прошлое – около девяти тысяч лет назад. В то время люди, в археологии известные как убайдийцы, начали заселять территорию, известную сегодня как Ирак. Убайдийцы строили небольшие деревни. Общепризнанно, что они являлись первыми строителями деревень в регионе.

Условия, в которых они жили, были крайне суровы: мало деревьев, климат жаркий и засушливый, а почва почти лишена питательных веществ и совсем непригодна для выращивания зерновых культур. Солнце и ветер насмехались над безрассудством поселенцев, попеременно испепеляя землю безжалостной 40-градусной жарой в течение летних месяцев, а затем разрушая то немногое, что осталось от верхнего слоя почвы, в период ежегодных ураганных ветров.