Второй взгляд

Сделав над собой отчаянное усилие, Мередит спокойно произнесла:

– Ты мне покажешь?

Они выбрались из склада, прошли мимо озадаченной воспитательницы, мимо павильона, где занимались ремеслами и рукоделием, по узенькому мостику перешли ручей и оказались на спортивной площадке. Очередная группа детей постарше Люси играла в вышибалы.

– Где? – спросила Мередит.

Люси молча указала на рощицу слева от площадки. Крепко сжав руку дочери, Мередит приблизилась к деревьям.

– Никакой веревки нет, – тихо произнесла она.

– Но она здесь висела! – Голос Люси дрожал от разочарования. – Я же видела!

– Люси, я верю, ты действительно что-то видела. Знаешь, что произошло? Возможно, солнце ударило тебе в глаза, и между сетчаткой и мозгом возникла небольшая путаница. Другого объяснения нет. Никаких висящих женщин здесь не было и не могло быть.

– Не было и не могло быть, – эхом повторила Люси.

Чувствовалось, что доводы матери ничуть ее не убедили.

– Возможно, ветер качнул ветку, и это привело к обману зрения.

Люси пожала плечами.

Неожиданно Мередит скинула туфли на каблуке и вручила Люси свой лабораторный халат.

– Подержи-ка, – сказала она и принялась карабкаться на дерево.

Залезть высоко она не могла. Юбка и чулки – не слишком подходящий наряд для подобных упражнений. Тем не менее она добралась до толстой ветки и уселась на ней, как огромная белка. Дети, собравшиеся на площадке, с любопытством наблюдали за Мередит, позабыв про мяч.

– Здесь ничего нет. Ровным счетом ничего! – громко провозгласила Мередит.

Она хотела лишь одного: изобразить дурочку. Пусть за обедом, в бассейне и в автобусе по пути домой дети со смехом вспоминают чокнутую тетку, взгромоздившуюся на дуб. Может, это заставит их позабыть про маленькую девочку, с плачем убежавшую со спортивной площадки.

– Люси, небо ясное, видимость прекрасная! О, я, кажется, падаю!

С комичной неуклюжестью, которой могли бы гордиться братья Ринглинг[6 - Братья Ринглинг – знаменитые циркачи и владельцы старейшего в США цирка (закрыт в 2017 году).

Когда она уселась на земле, грязная, поцарапанная, растрепанная, Люси подбежала к ней и сжала ее лицо руками.

– Наверняка мне в глаза ударило солнце, – шепнула она матери на ухо.

Мередит заключила дочь в объятия.