Вилла «Аркадия»

Да и как иначе? Как она могла объяснить, что в первую же секунду, когда она увидела Гая, все, что она знала, все, во что верила, тут же куда-то исчезло, словно у нее выбили почву из-под ног? Как она могла объяснить жгучую боль, пронзившую ее при виде знакомого лица, горькую радость узнаваемости, глубокую уверенность, что давно знает этого мужчину? Еще бы ей не знать – разве их вылепили ни из одного и того же теста? А как она могла сказать Селии, что та не должна выходить замуж за человека, которого привезла домой в качестве жениха?

Потому что он принадлежал Лотти.

– Лотти! Лотс! – донеслось снизу.

Да, все, как она и предполагала.

Лотти подождала, пока ее не окликнули во второй раз, затем открыла окно и посмотрела вниз. Стараясь не сводить взгляда с лица Селии.

– Не будь занудой, Лотс! Ты ведь не готовишься к экзаменам.

– У меня немного разболелась голова. Я спущусь позже, – сказала она.

Даже ее голос звучал по-другому.

– Она просидела в своей комнате весь день, – сообщил Фредди, швыряя теннисные мячики в стену дома.

– Ой, да брось ты. Мы собираемся съездить в Барднесс-Пойнт. Ты могла бы позвать Джо. Поедем вчетвером. Давай же, Лотс! Мы ведь с тобой толком не пообщались.

Ее удивило, что Селия не разглядела, как она фальшиво улыбается. Даже щеки заболели.

– Вы поезжайте. А я останусь, пока не пройдет головная боль. Завтра что-нибудь придумаем.

– Скука, скука, скука… А ведь я рассказывала Гаю, как плохо ты на меня влияешь.

Наверное, опять скажешь, что я все выдумываю. Да, дорогая?

– Завтра. Обещаю.

Лотти нырнула обратно в спальню, чтобы не видеть, как они обнимаются. Она легла лицом вниз на кровать. И попыталась вспомнить, как дышат люди.

* * *

Гай Парнелл Оливье Банкрофт родился в Уинчестере, что, строго говоря, делало его англичанином. Но больше ничего английского в нем не было. Все, начиная с загара, так не вязавшегося с бледными английскими лицами вокруг него, до свободной, но скромной манеры держаться, отличало его от молодых людей, которых знали Лотти и Селия.

Во всяком случае, молодых людей Мерхема. Это был неразговорчивый юноша, вежливый, сдержанный, в котором тем не менее угадывался богатый наследник. Он практически ничему не удивлялся и был открыт для всего хорошего. Казалось, ему неведомо мучительное самокопание, свойственное, например, Джо, равно как и стремление выделиться среди других парней.