Книжный продюсер

Если же книга перенасыщена жанровыми трюками, есть риск получить трэш-продукт. Динамика может быть разной, зависит от задумки автора, но просто бег монстров по страницам даже с хорошим описанием мало кого увлечёт. Чем тоньше манипуляции и изысканней издёвки, тем выше вероятность, что вашу книгу полюбят, и будут ждать ещё. Уделяйте больше внимания в тексте реакциям персонажей, физическим откликам тела на воздействие. Влюбите в своего героя с самого начала, расположите к нему.

Включите режим симпатии и желания поддержать. Создавайте иллюзию объёмной сюжетной коробки, в которой безысходность вызывает панику от нехватки кислорода. И не забудьте на прощание закрыть гештальты, даруя радость, что в реальности жути из произведения нет. В этом жанре читателя необходимо не просто отпустить после закрытия книги, но вызвать чувство освобождения. Нет, не тем, что как хорошо, что книга завершилась, а эмоциональной разрядкой.

Комедия

Что вызывает смех у человека? Не улыбку, не умиление, а именно смех, который невозможно удержать, даже если вашу книгу человек читает в общественном месте.

Разрыв шаблона восприятия вещей, которые кажутся нам важной частью действительности. Смех ? это всплеск. Юмор бывает разный: сарказм, чёрный юмор, весёлый, безобидные шутки, бородатые анекдоты. Человек расслабляется в момент, когда позволяет себе посмеяться. Над чем мы смеемся чаще всего? Над тем, что нам близко. Сравните два подхода: вам повествуют забавную историю о незнакомом вам человеке или ту, которая произошла с тем, чьи повадки вам хорошо известны. Не просто же так, многие шутки рассказывают с жестикуляцией, пародированием, искажением мимики. Юмор в литературе ? это игра контрастов. Он не должен напоминать выступление стендапера, который выпаливает за три минуты несколько шуток, юмор должен вливаться в сюжет так, чтобы породить невозможность удержания самообладания. Я приведу знакомый всем с детства пример каши из рассказа Виктора Драгунского. Дениска напряжённо боролся с синдромом нелюбви к манной каше, который многим нам знаком (автор показывает героя, близкого по духу, родственную душу). Мы проживаем вместе с героем боязнь огорчить маму, которая борется за то, чтобы каша была съедена. Апогей ? милиционер и гражданин в шляпе, с полей которой свисает каша.