Ночная музыка

 – Он приподнялся на локтях, стараясь не прикасаться к ней. – Ну давай не стесняйся, – спокойно произнес он. – Тебе придется попросить.

– Мэтт, я просто…

– «Пожалуйста».

Тереза вильнула бедрами в отчаянной попытке прижаться к нему, но он резко отодвинулся.

– Ну давай говори.

– О, ты… – Тереза задохнулась, когда он, наклонившись, провел губами по ее шее и дальше по ключицам, его тело, нависшее над ней, словно искушало.

Ее было до смешного легко завести и гораздо легче, чем всех прочих, удерживать на пике страсти.

Она закрыла глаза и застонала. Он чувствовал вкус пота, холодной пленкой покрывавшего ее тело. И она оставалась на таком взводе уже почти сорок пять минут.

– Мэтт…

– Скажи это. – Его губы щекотали ей ухо, он буквально замурлыкал, почувствовав аромат ее надушенных волос и мускусный запах любви. Ему хотелось перестать сдерживаться и плыть по волнам страсти. Но еще сладостнее было держать ее под контролем. – Ну скажи.

Тереза приподняла веки, и он понял, что она сдалась. Ее губы раскрылись.

– Пожалуйста, – прошептала она, а затем обхватила его руками, отбросив приличия. – О-о… Пожалуйста. Пожалуйста. Пожалуйста.

Сорок пять минут. Мэтт взглянул на наручные часы. А затем одним гибким движением соскочил с кровати:

– Господи помилуй, неужто прошло столько времени? – Он обшаривал глазами пол в поисках джинсов. – Извини, крошка, но мне сейчас надо кое-где быть.

Волосы упали Терезе на лицо.

– Что? Ты не можешь уйти!

– Где мои ботинки? Могу поклясться, что оставил их тут.

Она ошеломленно уставилась на него, ее кожа по-прежнему пылала.

– Мэтт! Ты не можешь меня вот так оставить.

– А! Вон они где. – Мэтт натянул рабочие ботинки, затем потрепал ее по щеке. – Надо бежать. Ты даже не представляешь, насколько это будет неприлично с моей стороны опоздать.

– Опоздать? Опоздать куда? Мэтт!

Он мог растянуть удовольствие еще на две минуты. Хотя мало кто из мужчин был способен это понять. Но иногда осознание, что ты можешь чем-то обладать, приятнее самого обладания.

Мэтт, продолжая ухмыляться, легко сбежал по лестнице. И всю дорогу до входной двери ему в спину сыпались проклятия.

Панихида по Сэмюелю Фредерику Поттисворту проходила в деревенской церкви в полдень, небо было затянуто грозовыми тучами настолько плотно, что казалось, будто уже вечер. Сэмюель был последним из рода Поттисвортов. И поэтому, а возможно, потому, что покойный был не самым приятным человеком, народу собралось немного.