Спектакль

– Не волнуйся, девочка, – голос его был куда ласковее, чем предполагало выражение лица.

Девочка? Никто ее так не называл уже много лет.

Странно.

Натали вежливо кивнула мужчине и пошла дальше.

– Девочка! – позвал он ее. Голос его теперь звучал ниже и имел механические нотки. – С мертвыми цветами в руках и некрасивыми костлявыми ногами. Я их вижу через твое платье.

Натали остановилась, но не обернулась. Ее оранжевое платье было изо льна, многослойное, длиной до лодыжек, совершенно непрозрачное.

Холодок пробежал по ее шее.

– Я все вижу. Как будто на тебе ничего не надето.

«Он сумасшедший».

– Посмотри на меня, я святой Франциск Ассизский! Я без одежды!

«Не смотри».

Мужчина загоготал.

Полдюжины голубей сорвалось с земли позади, испугав ее. Она продолжила свой путь под бормотание мужчины. Пройдя несколько шагов, она услышала его крик – как тот детский вопль, который напугал ее в морге. Натали глянула через плечо и увидела, что он раздевается, снимая один предмет одежды за другим.

Было похоже на ее первый визит в психиатрическую лечебницу Св. Матурина.

Ее родители пошли навестить тетю Бриджит и сказали Натали оставаться дома, как и в прежние годы. Психбольница – не место для маленькой девочки, говорили они, когда она спрашивала (много раз), можно ли ей тоже поехать. Они так говорили уже давно. Тот факт, что всего за день до этого кузен Люк назвал ее малявкой (ей было одиннадцать, так что это прозвучало весьма оскорбительно), усилил ее негодование по поводу того, что она «слишком мала» для чего-то.

Так что Натали заявила, что проведет день с Симоной, как она часто и делала, когда родители уезжали в больницу Св. Матурина. Но в тот день она последовала за своими родителями, оставаясь на таком расстоянии, которое позволяло ей следить за их поворотами.

Над входом была рельефная надпись серыми каменными буквами с контуром из черной сажи: «Психиатрическая лечебница имени Св. Матурина». Она проходила мимо нее и раньше, но никогда не ступала под эти страшные слова.

Пугающие сводчатые двери вели в подземную темницу (по крайней мере, так ей это представлялось).

Ее тут же стала расспрашивать медсестра со стойки регистрации. Натали, запинаясь, сказала, что она здесь с родителями, пришла к Бриджит Боден, но потеряла их. Пришлось ее умолять, но медсестра все-таки сказала ей, на каком этаже ее тетя. Она побежала по грандиозной лестнице вверх, перепрыгивая через две ступеньки сразу.