NOS4A2. Носферату, или Страна Рождества

Отец коснулся ее лица тыльной стороной руки, которой держал бутылку рома. Свои костяшки он обо что-то стер.

– Господи, ты вся горишь! Эй, Лин?

– Я в порядке, – сказала ему Вик. – Мне бы просто полежать минуту.

Она не собиралась ложиться прямо там. Она хотела вернуться в свою спальню и вытянуться под потрясающим новым плакатом Дэвида Хассельхоффа. Но ноги вдруг подогнулись, и она упала. Отец поймал ее, прежде чем она ударилась об пол. Он подхватил ее в воздухе – одной рукой под ноги, другой за спину – и вынес в коридор.

– Лин, – снова позвал Крис Маккуин.

Линда вышла из спальни, прижимая к углу рта мокрую мочалку. Пушистые каштановые волосы были взлохмачены, а глаза – сонными, словно она только что проснулась. Однако ее взгляд тут же прояснился, как только она увидела Пацанку на руках мужа.

Отец донес ее до детской. Линда вытянула руку с тонкими пальцами, откинула волосы с лица Вик и прижала ладонь к ее лбу. Кожа матери была холодной и гладкой, и от ее прикосновения девочка задрожала – то ли из-за тошноты, то ли от удовольствия.

Родители больше друг на друга не сердились. Если бы Пацанка знала, что для их примирения всего лишь нужно было заболеть, она бы не гоняла через мост в поисках браслета, а просто сунула пальцы в рот.

– Что с ней случилось?

– Она упала в обморок, – ответил Крис.

– Не падала, – поправила его Пацанка.

– У нее температура под тридцать восемь, упала в обморок, еще и спорит со мной, – восхитился отец.

Ее мать опустила мочалку, которую прижимала ко рту.

– Тепловой удар. Три часа в машине, потом поездка на велосипеде без солнцезащитного крема. Она ничего не пила, кроме прокисшего молочного коктейля.

– Это фраппе, – поправила ее Вик. – Там это называют фраппе. А ты губу поранила.

Ее мать лизнула уголок раздувшихся губ.

– Пойду налью стакан воды и возьму ибупрофен. Нам обоим не помешает.

– Забери на кухне свой браслет, – сказал Крис.

 – Он лежит на столе.

Линда сделала пару шагов, прежде чем до нее дошли слова мужа. Она оглянулась. Крис Маккуин стоял у дверей в комнату Вик, по-прежнему держа дочь на руках. Пацанка уже видела Дэвида Хассельхоффа над своей кроватью. Тот улыбался и выглядел так, словно едва сдерживал желание ей подмигнуть: «А ты хороша, подруга».

– Браслет был в машине, – сказал Крис. – Пацанка его нашла.

Дом

Вик спала.