NOS4A2. Носферату, или Страна Рождества

Нажав на курок, Бинг сел рядом с отцом и прислушался к звукам дождя, барабанившего по крыше гаража. Джон Партридж распластался на полу, подергивая одной ногой, а на передней части штанов растекалась моча. Бинг ждал мать. Она истошно закричала, когда вошла внутрь. Настал ее черед – хотя на этот раз обошлось без молотка.

Затем Бинг вышел во двор и наблюдал, как грозовые облака громоздились в небе над церковью, стоявшей на вершине холма. Там в последние дни своей жизни работала его мать. Он был верно предан этой церкви, посещая ее каждое воскресенье – даже до того, как научился ходить и говорить.

Одним из его первых слов было «луя» – так он пытался произнести «аллилуйя». Мать еще несколько лет называла его Луя.

Сейчас никто не проводил там службы. Пастор Митчелл сбежал с внушительной денежной суммой и замужней женщиной впридачу, а всю собственность конфисковал какой-то банк. По воскресеньям единственными грешниками в церкви Новой американской веры были голуби, которые жили на стропилах. Бинг немного побаивался этого места… его пугала пустота.

Он считал, что церковь презирает его за то, что он отвернулся от нее и от Бога; иногда она наклонялась вперед и сверлила его своими витражными глазами. Бывали дни, наподобие этого, когда леса наполнялись безумным жужжанием насекомых, воздух дрожал от жара и церковь, казалось, парила в воздухе.

Гром громыхал весь вечер.

– Дождик, дождик, уходи, – тихо пропел Бинг. – Послезавтра приходи.

Первая теплая капля дождя ударила ему в лоб.

За ней последовали и остальные, ярко сияющие в лучах света, косо падающего с голубого неба на запад. Они были такими же горячими, как брызги крови.

Почтальон запаздывал, и к тому времени, когда он приехал, Бинг промок до нитки и поеживался под навесом у входной двери. Он пробежал под ливнем до почтового ящика. Когда Бинг сунул руку внутрь, из облаков ударил разряд молнии и с грохотом вонзился в землю где-то за церковью. Мир осветился голубовато-белой вспышкой. Испуганный Бинг ожидал, что сгорит заживо от прикосновения божьего перста за то, что сделал с отцом пневматическим молотком, а после сотворил с матерью на кухонном полу.

В почтовом ящике лежал и счет от обслуживающей компании и рекламная листовка нового магазина матрацев. Больше ничего.

* * *

Девять часов спустя Бинг проснулся в своей кровати и с изумлением услышал трепетные звуки скрипки, к которым присоединилось роскошное пение, такое же мягкое и нежное, как ванильное печенье.