NOS4A2. Носферату, или Страна Рождества

– Дай затянусь! – прокричала она, проезжая мимо.

Вик изобразила, что делает маленькую затяжку. Мальчик у бака, тощий придурок в майке с Оззи Осборном, со страху подавился дымом. Она с усмешкой промчалась мимо него. Он прокашлялся и крикнул:

– Может, и дадим, если отсосешь у нас, шлюха ебнутая!

Она продолжила крутить педали, мчась сквозь холод. Стайка ворон, устроившихся на ветках толстой березы, обсуждала ее в самых грубых выражениях, когда она проезжала под ними.

«Может, отсосешь у нас», – подумала она, и в какой-то момент семнадцатилетняя девушка на детском велосипеде представила, что разворачивается, возвращается к ним и спрашивает: «Ладно, кто первый?» Мать уже считала ее шлюхой.

Вик не хотела ее разочаровывать.

Спускаясь по склону холма на старом велосипеде, она какое-то время чувствовала себя прекрасно. Но счастье внезапно выгорело, оставив после себя лишь тонкую холодную ярость. Вик не знала, на кого сердилась.

Ей не на ком было выместить свой гнев. Этот тихий вихрь эмоций вторил жужжанию спиц.

Она хотела поехать в торговый центр, но мысль о том, что придется нацепить на лицо улыбку ради других девчонок, вывела ее из себя. Вик не хотела ни с кем встречаться. Она не желала, чтобы ей раздавали советы. Пацанка не знала, куда ехать. Она просто хотела напороться на какую-нибудь проблему. И Вик чувствовала, что, проехав немного дальше, она обязательно нарвется на неприятности.

Вероятно, мать думала, что ее дочь уже вляпалась в неприятности и лежит где-то голой и мертвой. Вик с удовольствием посмаковала эту мысль. Жаль, что к вечеру веселье закончится и мать узнает, что она жива. Вик отчасти хотелось, чтобы Линда никогда не узнала о том, что с ней случилось. Она хотела исчезнуть из ее жизни – уйти и больше не вернуться. Как прекрасно будет бросить обоих родителей. Пусть они гадают, жива или мертва их дочь.

Ей понравилась мысль о всех тех днях и неделях, на протяжении которых они будут скучать по ней, терзаемые ужасными мыслями о том, что случилось с их дочерью.

Они будут представлять, как она мерзнет под дождем, с радостью взбираясь на заднее сиденье первой же машины, которая остановится около нее. Она могла быть все еще живой где-то в кузове старого автомобиля. (Вик не заметила, что в ее уме машина стала старой – какой-то неопределенной модели.