NOS4A2. Носферату, или Страна Рождества

* * *

Вик долго стояла около стиральной машины, ожидая, когда перестанут дрожать ноги.

Сначала она не верила, что Мэнкс ушел. Ей казалось, что он наблюдает за ней – думает, что она бросится к двери, начнет колотить и умолять его выпустить из кладовки.

Она слышала гул огня. Слышала, как лопаются и трещат от жара какие-то вещи. Обои хрустели с шипящим звуком, словно кто-то подбрасывал в костер полные горсти сосновых игл.

Вик приложила ухо к двери, чтобы лучше слышать происходящее на кухне, но тут же с криком отдернула голову.

Железная дверь раскалилась, как сковорода на сильном огне.

Вдоль левого края двери начал просачиваться грязновато-коричневый дым.

Вик выдернула стальную рукоятку швабры и отбросила ее в сторону. Она схватилась за скобу, чтобы посмотреть, как далеко сможет оттолкнуть заблокированную холодильником дверь, но мгновенно выпустила ее и отскочила назад. Изогнутая металлическая ручка была такой же горячей, как и поверхность двери. Вик встряхнула руку, чтобы слегка охладить кончики пальцев.

Внутрь проник дым, пахнущий расплавленным пластиком. Это был настолько мерзкий запах, что она согнулась вдвое в таком сильном кашле, что едва сдержала рвоту.

Она с трудом повернулась. Теснота кладовой вряд ли позволила бы что-либо большее.

Полки. «Райс-а-Рони». Корзина. Бутылка аммиака. Банка отбеливателя. Стальной шкаф или несколько ящиков, вмонтированных в стену. Стиральная машина и сушилка. Ни одного окна. И только одна дверь.

В соседней комнате взорвалось что-то стеклянное.

Вик почувствовала, что воздух становился все более густым, как будто она попала в сауну.

Взглянув наверх, она увидела, что белый оштукатуренный потолок над дверьми уже почернел.

Она открыла сушилку и нашла внутри старую белую простыню на резинке. Вик развернула ее, накинула на голову и плечи, затем намотала ткань на руку и еще раз попробовала толкнуть дверь.

Несмотря на скатерть, она едва могла прикоснуться к металлической ручке. Давить плечом на дверь тоже нельзя было долго.

Но Вик все равно несколько раз налегла на нее. Та содрогнулась, громыхнула в раме и приоткрылась на полсантиметра – вполне достаточно, чтобы впустить поток мерзкого коричневого дыма. По ту сторону двери было так много дыма, что было сложно даже разглядеть огонь.

Вик отступила и в третий раз бросилась на дверь. Девушка ударилась так сильно, что подпрыгнула; ее лодыжки запутались в простыне, и она упала, растянувшись на полу.