Тринадцать этажей

– Одну минуточку!

Закрыв телефон, Картер задумался. Какого рода интервью может быть в шесть часов утра? Его осенила догадка.

– Донна, время?

– Текущее время восемь часов сорок одна минута утра.

Значит, вот в чем дело. Проблема в будильнике. Быстро выскочив из кровати, Картер начал одеваться.

– Донна, свяжись с Моякаэлой.

– Извините, мистер Дуайт, я не понимаю.

– С Моякаэлой, моим пресс-секретарем. Свяжитесь с Моякаэлой.

– Контактная информация на вашу Каэлу отсутствует.

Картер выругался про себя. У него не было времени на это. Моякаэле он позвонит потом. Если он заставит ждать журналиста слишком долго, это станет плохим началом для интервью, а поскольку выход на рынок «Самосовершенствования» не за горами, с прессой отношения лучше не портить.

Схватив первый повернувшийся под руку галстук, Картер поспешил к двери.

* * *

– Ну и каково вам жить в тени Тобиаса Фелла?

Картер внутренне ощетинился. Он находился в невыгодном положении с самого начала, остро сознавал, что оделся в спешке и не успел принять душ и побриться, не то что позавтракать.

К тому же этот журналист, «Дэвид», до сих пор ни словом не упомянул ни об одной обговоренной заранее теме и, похоже, смутно разбирался в текущей версии приложения, уже не упоминая обновление. И он вот уже в пятый раз заводил разговор о Тобиасе Фелле.

– Извините, я не совсем понимаю ваш вопрос.

– Я хочу сказать, он же живет прямо над вами.

 – Дэвид уже какое-то время не делал никаких заметок в блокноте. – Такая значительная фигура в мире бизнеса, не говоря о том, что он крупнейший инвестор вашей компании. Не сомневаюсь, это не могло остаться полностью вне поля вашего зрения. Вы ведь что-то думаете на этот счет?

– На самом деле ничего, – ответил Картер, пытаясь вернуть разговор в нужное русло. – Как я уже говорил, предыдущая версия «Доджи» для наблюдения за здоровьем и физическим состоянием человека использовала исключительно биометрические данные его телефона, но мне возможности этих инструментов всегда казались очень ограниченными.

– Но все-таки это большой объем данных, ведь так?

Картер попытался изобразить улыбку, специально отточенную для общения с прессой.

– Почему-то все так боятся этого слова. Данные. Но лично я всегда придерживался того мнения, что, когда речь идет о здоровье человека, информации не может быть слишком много.