Тайны забытых миров

Спустя столетия восточные скифы, а вслед за ними и пратюркские булгары (болгары) и угры, мигрировав из Западной Сибири, «змеиные» названия рек Марасес или Мрассу (в землях Кемерово), Ис тара, а также «красных» гор с Алы (Валы) перенесут на Прикарпатскую Валахию и Паннонию. Их поздние воспроизведения на Балканском полуострове – это реки Марис, Истра и гора Родоп (от греч. ?????? – Красные).

Скорей всего, Родоп, включая и гору Пангай (см. карта-схема № 5, а), был восточным рубежом прародины легендарных яванов – пеласгов.

Об их потомках – «скифских» саках с культом Красного Змея (по названию саянских гор Ала), мы писали выше. Как мы предположили, наименование местности в этих горах могло быть связано с Минусинской долиной под кипчакским названием «джилан» – змея (по китайским источникам «Юан-чао-ми-ши» – Чжелян).

Возможно, у пеласгийских племен и народов Сибири еще в эпоху бронзы Фракия (булг. Тракия или Таракия), а также Валахия обозначались одним «змеиным» названием.

Мы обнаруживаем некоторые сходства индоевропейской Валы и пратюркской Таракии (Тарахан, Тарга) в мифологических воззрениях народов юга Сибири.

Поверья о змее как мифическом существе потустороннего мира были распространены особенно у племен окуневской культуры эпохи бронзы, а позже у пеласгийских народов, скифов и некоторых тюркоязычных народов.

Значит, культ змеи (дракона) у пеласгов и племени пани, фиксируемый в «Ригведе» (Индостан), вполне мог явиться отголоском древней «северной» прародины почитателей Змеи, сохранившегося за многие столетия миграции.

Одним из носителей этого изначально благого образа Таракии (Тара/кана) или Валы (тюр. – хак. Ала бига) вполне могли быть те же кочевые племена паны/пани (табаны) из Южной Сибири.

Как видим, достаточно хорошо Таракия (Тракия – Фракия) и Валахия (Вала/Ала) и связанные с ними мифы были известны народам Сибири, Индии и Восточной Европы.

Несомненно, одно: корни таинственного образа Валы из гимна Вед и его сибирского двойника Алы, как, впрочем, и славянского Ала/тыря (со змеем Гарафен) следует искать не только в мифах, но и в названиях рельефа местности Саяно-Алтая.

Именно этот существенный момент наименований или лингвогеографический фактор послужил для древних неисчерпаемой фантазией в изобретении всякого рода границ, в том и числе и сакрально-символических частей света: востока и севера.

Зачем «восточным» скифам (авт. с/кип – чаки), ревностно относящимся к законам (тюр. – хак.