Любовь и война. Великая сага. Книга 2

К счастью, шум драки уже затих; Стэнли предположил, что мальчики заснули. Неудивительно, что религиозные американцы считали Вашингтон безнравственным гнездом пороков, и этот отель был словно маленькой моделью города.

Изабель наконец завершила последний круг по комнате и остановилась, сложив руки на плоской груди и вызывающе глядя на мужа. Она была на два года старше Стэнли и с годами становилась все более непривлекательной.

– Изабель, попытайся понять, – сказал Стэнли в ответ на ее взгляд.

– Не слишком усердно. Ты никогда ничего не делаешь в полную силу.

Стэнли напряженно встал с кресла:

– Это несправедливо. Я просто не хочу портить хорошие отношения с Саймоном. И мне всегда казалось, что ты и сама считаешь их весьма ценными.

Изабель Хазард всегда прекрасно умела манипулировать людьми, и особенно своим мужем. Она поняла, что слегка перестаралась и решила сменить гнев на милость.

– Да, верно. Прости меня за то, что я тут наговорила. Это все из-за того, что я презираю Джорджа и Констанцию за те унижения, которым они тебя подвергали.

Мир был восстановлен, Стэнли шагнул к жене:

– И ты меня прости.

– Ну конечно прощаю, дорогой. Мне так хочется отплатить им за все… – Изабель с улыбкой наклонила голову набок. – Если они переедут сюда, я, возможно, найду способ, как это сделать.

– Да, это можно будет устроить…

Он надеялся, что Изабель не заметит отсутствия энтузиазма в его голосе. Иногда Стэнли действительно ненавидел брата, но он еще и боялся его с самого детства. Стэнли обнял жену за плечи:

– Позволь мне выпить немного виски, пока я буду рассказывать тебе хорошие новости.

Изабель милостиво позволила подвести себя к застекленному шкафчику, где стояли красивые стеклянные графины с самой лучшей выпивкой.

– И какие же это хорошие новости? Повышение?

– Нет-нет… наверное, «новости» – неправильное слово. Это, скорее, предложение от Саймона, нечто вроде подарка, чтобы как-то заглушить мое недовольство приездом Джорджа.

Стэнли рассказал об их встрече с подрядчиком и его последующей беседе с Кэмероном.