Рай и ад. Великая сага. Книга 3

 – Очень вкусно! А что слышно от Чарльза?

– Два месяца назад от него пришло письмо. Написал, что собирается вернуться в армию. Где-то на Западе.

– Насколько я знаю, сейчас многие конфедераты так поступают. Надеюсь, к нему отнесутся по-человечески. Он был одним из моих лучших разведчиков. Железные скауты – так мы их называли. Чарльз был достоин такого прозвища, хотя, признаюсь, к концу войны его поведение меня порой настораживало.

– Я тоже это заметила, когда он весной приезжал домой, – кивнула Мадлен.

 – Война сильно его травмировала. Он очень любил одну женщину в Виргинии, а она умерла, когда рожала его сына. Теперь мальчик с ним.

– Семья – одно из немногих лекарств от боли… – пробормотал Хэмптон и глотнул еще кофе. – А теперь все-таки расскажите мне, как вы живете.

– Как я и сказала, генерал: выживаем. О моем происхождении никто не вспоминает, так что хотя бы от этой темы я, слава Богу, избавлена.

Говоря это, она смотрела на генерала, словно желая испытать его, однако красное от заходящего солнца лицо Хэмптона осталось невозмутимым.

– Да, конечно, я об этом слышал. Это не имеет никакого значения.

– Спасибо.

– Мадлен, я ведь не только о Чарльзе заехал спросить, но и сделать одно предложение. Мы все попали в трудные обстоятельства, но вы противостоите им в одиночку. По дорогам штата сейчас бродят толпы не слишком щепетильных людей обеих рас. Если вам когда-нибудь понадобится укрыться от всего этого или ваша ежедневная борьба за жизнь по каким-то причинам станет вдруг невыносимой и вам захочется просто отдохнуть, приезжайте в Колумбию.

Наш с Мэри дом всегда открыт для вас.

– Вы очень добры, – ответила Мадлен. – Значит, по-вашему, этот хаос в Южной Каролине еще надолго?

– Скорее всего. Но мы сможем приблизить его окончание, если будем высказываться за единственно правильный путь.

– И что это за путь? – вздохнула Мадлен.

Генерал посмотрел на реку, испещренную солнечными бликами:

– Несколько чарльстонских джентльменов предложили мне возглавить экспедицию в Бразилию, чтобы основать там рабовладельческое поселение.

Я отказался. Сказал, что мой дом здесь и я не хочу больше делить Америку на Север и Юг. Мы боролись, но проиграли, поэтому вопрос разделенной нации на континенте закрыт. Тем не менее здесь, в Южной Каролине, мы столкнулись с очень большой проблемой, связанной с неграми. Их положение изменилось.